— Это очень серьезный порок в развитии. И если я от него не избавлюсь… — между тем продолжала она.

И тут, конечно же, дверь в мою комнату все-таки открылась. И на крыльцо вышла взъерошенная Ника с кое-как натянутым на плечи платьем.

Тадам!

Картина Репина «Приплыли». Во всей своей красе.

Майя остолбенела. Тонкие яркие брови взметнулись вверх, лицо побледнело и удивленно вытянулось.

Если бы я мог, как Эрик, разверзать земную твердь у себя под ногами, я бы сейчас это сделал.

При этом мой очумевший питомец, ничуть не смущаясь, с детской непосредственностью маняще зевнула и потянулась, щуря глаза на проклюнувшееся солнце.

— Слушай, я не… — я начал было городить какую-то околесицу, но Майя меня перебила.

— Извини, я не вовремя, — сказала она, безуспешно стараясь сделать обычное лицо. — Я даже не подумала… Глупо с моей стороны получилось.

— Майя, ничего не глупо!.. — возмутился я.

— Нет, вы это… Продолжайте, а мы как-нибудь потом поговорим.

Она крутанулась на каблуках и стремительным шагом направилась прочь от нас.

— Майя!.. — окликнул я ее, хотя понятия не имел, что собираюсь сказать дальше.

Не оправдываться же, как мальчишка, пытаясь объяснить, что я как бы ничего даже не начинал, чтобы продолжать.

— Да ничего, все нормально! — крикнула Майя, взмахнув рукой и не оборачиваясь.

Она уходила, и я прекрасно понимал, что только что упустил нечто большее, чем просто откровенный разговор о ее пороке.

Только что она была открыта для общения. Настолько, что у меня появился реальный шанс!

А теперь этот шанс сердито удалялся прочь из зоны доступа.

Я тяжко вздохнул и с укором взглянул на кошкодевочку.

— Слушай, ну вот какого рожна ты сейчас из комнаты вышла? — сказал я ей, потянувшись за папиросой. — Разве ты не слышала, что я здесь с кем-то разговариваю? Или ты хочешь, чтобы вся школа сочиняла, будто мы спим вместе?

Ника непонимающе моргнула.

— Но сегодня мы и правда спали вместе… — проговорила она.

— Да не в этом смысле! — вспылил я.

— А-ааа, — многозначительно протянула Ника. — Извини, не подумала, — сказала она с абсолютно невинным личиком.

И тут же исподтишка метнула в сторону удаляющейся спины Майи такой взгляд, словно собиралась укусить ее.

Боги, она что, все это сделала специально?..

— Ну и ладно. Какая теперь разница? — проурчала она. — Я пойду к Леандру, нам нужно завтрак готовить. Магистр велел отработать в школе еще три дня."

"— Хорошо, — сказал я. — А кстати, что вы будете делать после этих трех дней? Искать новую работу?

— Магистр берет нас на кухню в свое заведение, — ответила Ника. — Он добрый. Он знает, что нам обоим некуда идти.

Тихо мяукнув на прощание, она устремилась по своим делам, бесшумно ступая по дорожке.