Эшли сжала губы и едва заметно кивнула.

— Да, работала официанткой. А этот случай, который ты вспомнил, — наша первая встреча. Я нечаянно пролила на тебя сок и хотела вытереть, а ты…

— Да, да, — перебил ее Родриго, целиком поглощенный своими воспоминаниями. — Я помню все, что думал и чувствовал в тот момент. Ты меня сильно возбудила, — честно признался он, пристально на нее глядя. — Я хотел немедленно затащить тебя в машину, домчаться до какого-нибудь отеля и провести там с тобой все выходные.

Лицо Эшли залила краска стыда и обиды. Ну что ж, хоть он и не посвящал ей любовные стихи и серенады, но зато был вполне честным.

Она должна, видимо, радоваться тому, что понравилась ему при первой же встрече, хотя он и вел себя подчеркнуто холодно. Но она вовсе не радовалась. Она была в ярости. «Домчаться до отеля и провести там с тобой выходные». И это все, на что она казалась годной? Грудастая официанточка, которую можно без особого труда раскрутить на ни к чему не обязывающий секс. В ней буквально все кипело. Да ведь предложи он ей это, и она бы пошла. Может быть, не в тот же день, а в следующий раз, но пошла бы. Она так страстно его любила, что согласилась бы на что угодно. Он бы походя, воспользовался ею, отшвырнув после этого как надоевшую недорогую игрушку, а она вспоминала бы это всю жизнь как самое лучшее свое переживание. На её лице появились слезы.

— Бог мой, я не должен был этого говорить! — спохватился Родриго, прислонившись к стене. В каждом его движении еще отчетливей стала видна усталость.

— Не волнуйся, это нисколько меня не задело. Обидеть меня не так-то просто, — нарочито весело проговорила Эшли, еле сдерживая новый поток слез.

 — Тебе нужно прилечь. Пожалуйста, полежи хоть немного. Ты очень плохо выглядишь.

Он не стал спорить, и они поднялись по лестнице на второй этаж, где вошли в одну из спален. Это была большая, сдвоенная спальня, состоящая из двух комнат.

Он с видимым усилием развязал галстук и, на ходу расстегивая рубашку, нетвердым шагом пошел в смежную часть спальни.

— Думаю, следует вызвать врача, — проговорила она, оставшись одна в комнате.

— Никаких врачей! — Он снова появился в дверном проеме. — Со мной все в полном порядке.

Перестань суетиться.

Он медленно подошел к постели и почти ничком упал на нее. Он даже не снял ботинки. Эшли опустила на окнах шторы, и рука Родриго произвела некий неопределенный жест, видимо, означавший одобрение действий жены. Его глаза были полузакрыты.

— Ты должна привыкнуть к тому, что я сам принимаю решения, cara, — услышала она тихий голос.

— Это не проблема, — ласково проговорила Эшли, подойдя к кровати и присев на край.

Она запустила руку в густую и приятную на ощупь шевелюру мужа.