С твоим-то характером!

Только тут Эшли поняла, из-за чего начался весь сыр-бор.

— А почему они собирают мои вещи? — спросила она. — Мы куда-то едем?

— В Каса дель Хорхес…

У Родриго слова не расходились с делами. Не прошло и трех дней, как Эшли могла уже воочию лицезреть необычайные красоты огромного поместья, построенного в средние века и расположенного в нескольких десятках километров от испанского города Валенсия, родины Родриго.

Фасад здания смотрел на Средиземное море. Побережье было изрезано причудливой формы скалами и утесами, но поместье находилось в искусственной бухте со своим песчаным пляжем.

Чуть поодаль располагался лес. Вообще, место было удивительно красивым и тихим. Идеальный приют для писателя. Здесь предки Родриго, среди которых было немало писателей, поэтов и музыкантов, по вечерам сидели на террасе со стаканчиком вина или сока, смотрели, как солнце опускается за горизонт, наполняя небо и море причудливыми красками, и в их головах зарождались новые замыслы, которые они спешили воплощать, скрипя пером или тихо перебирая струны в тишине испанской ночи, нарушаемой только ласковым шумом волн.

У Эшли перехватило дыхание от такой красоты. Она понимала Родриго. Ради того, чтобы сохранить эту красоту, можно было жениться и на самом черте.

Они прилетели из Нью-Йорка, с несколькими посадками и дозаправками, на личном самолете мужа и приземлились на специальном аэродроме, расположенном относительно недалеко от цели их путешествия. Хозяин спустился по подставленному трапу первым и подал жене руку. Эшли вдруг заметила следы плохого самочувствия на загорелом лице своего любимого.

— С тобой все в порядке? — заботливо спросила она, когда они шли к поданному на край поля автомобилю.

— В полном, только устал немного. — Он поморщился. В его движениях чувствовалась небольшая раздраженность человека, привыкшего работать в полную силу, но чувствующего, что он не в состоянии делать свои обычные дела из-за глупого недомогания. — Я, видимо, перетрудился вчера, когда ездил в редакцию…

Эшли остановилась как вкопанная."

"— Тебе же врач не велел пока работать! Я думала, ты отсутствовал вчера почти весь день из-за каких-нибудь личных нужд…

— Но моя работа и есть мои личные нужды.

Я же глава огромного издательского комплекса. Помимо «Светской жизни» мы издаем еще несколько газет и журналов, сотрудничаем с теле- и радиокомпаниями, имеем свой звукозаписывающий лейбл… и все это держится на мне. Я должен быть в курсе всего, что происходит, иначе это грозит крахом. Я ознакомился с тем, что сейчас делается в компании, взял все номера всех журналов за последние пять лет, в общем, постарался вкратце ознакомиться со всем, чего пока не помню. А это потребовало немало времени и усилий.