Я не могу с другом в кино сходить, а тебе с девицей немецкого происхождения все можно?»

«Эта девица немецкого происхождения — моя дочь!»

На секунду мои пальцы замерли над экраном смартфона. Что за бред?

«Что? Вы там накурились, Олег Павлович?»

«Прекрати. Не смешно».

«Это мне не смешно! Придумай что-нибудь поубедительнее! Эта отмазка — полная туфта!»

«Вера, девушка, которую ты видела в Мюнхене, и правда моя дочь. Ей девятнадцать лет».

Всё, что он писал, никак не укладывалось у меня в голове. Я даже вспотела под пледом, несмотря на холод в квартире. Дочь? Но как такое возможно? Может быть, он какие-то пилюли пьёт омолаживающие? Или его родственники Хэнкок и Горец? Треш какой-то.

«А сколько тебе лет?», — всё-таки уточнила я.

«Тридцать восемь».

«А мне двадцать пять».

«Ты намекаешь, что я для тебя староват?»

«Нет, скажу, что я всего на шесть лет старше твоей якобы дочери».

«Ну и что? Тринадцать лет — не такая уж большая разница в возрасте. А то, что у меня появился ребенок, когда мне было всего девятнадцать, не обязывает меня всю оставшуюся жизнь спать с ровесницами или старушками».

Я молчала. Просто не знала, что написать.

Получается, всё это время я изводила себя совершенно необоснованной ревностью.

«Blueberry?» Злой смайлик.

«Я устал уже этим писательством заниматься. Как дети малые! Бери трубку, сейчас я наберу».

Что? Сердце пропустило один удар, а следующий удар уже сопровождался звонком смартфона.

— Да?

— Хочешь, я расскажу про дочь?

Так странно слышать Олега, пусть и по телефону, но у себя дома, сидя на диване и укутавшись в плед. Мои любимые рокочущие нотки в его голосе, как обычно послали дорожки мурашек по всему телу.

— Если хочешь.

— Я постаралась, чтобы мой голос не дрожал.

— Я уже говорил тебе, что учился здесь, в Мюнхене. В Мюнхенском техническом университете — TUM. На первом курсе влюбился в сокурсницу. На втором родилась Стеф. И несмотря на, как нам казалось, большую и вечную любовь, к окончанию университета мы оба поняли, что не готовы жертвовать своей жизнью ради семьи. Клара не хотела в Россию, а я не планировал оставаться в Германии.

— И ты бросил их?

— Вера, ты серьезно? Конечно, нет!

— Да откуда я знаю! Судя по тому, с какой легкостью сейчас ты меняешь своих…

— Вера! Такие вещи нельзя сравнивать.

Сейчас я общаюсь с женщинами, которые понимают суть наших отношений.

— Я бы не была так уверена в этом, — хмыкнула в трубку, вспоминая бесконечные звонки его девиц."

"— Нам повезло с родителями Клары. Она из уважаемой, обеспеченной семьи, в которой родители всегда готовы поддержать своих детей. Мама Клары обожала Стеф и не хотела отдавать нам ребенка. И сейчас я, конечно, с ней согласен. Как можно доверить внучку двум недозрелым идиотам, по её же словам.

— Тут не поспоришь.