И даже если исключить минет! Разве этого достаточно? Губы тоже могут быть сладкими, как пепси-кола.

А еще меня дико бесит, что он встает на их сторону! На их! После того как его отец поступил с тетей Ингой! Где мой Дамир? Тот, кто ненавидел изменщиков и не признавал никаких оправданий для адюльтера? Где он?!

Конечно! Я знаю! Это сучий Золотов! Его влияние! А знаешь что?!

- Кстати! - прижимаю плед к груди и рычу, - Это твой любимый Золотов припер мне те цветы, ясно?! Нравится?! Он все еще твой герой?! Так, может быть, мы позвоним им? Пригласим? Они трахаются с другими людьми на глазах друг у друга! Присоединимся?! А?!

Я, правда, не хотела этого говорить, но в этот момент…мне становится дико страшно, что он слишком глубоко пустил корни.

Мне страшно. Правда. Что все может рухнуть, ведь я вижу, как Дамир реагирует на Даниила. Он, как старший брат, которого у Никеевского никогда не было.

Старший брат с абсолютно ублюскими, кончеными моралями в башке, которые меня пугают! Потому что я не Настя! Я этого выдержать не смогу!

Я не смогу…

Подхожу к кухонному гарнитуру, беру трясущейся рукой стакан и наполняю его водой.

Реакция Самиры так и стоит перед глазами, но знаете, что хуже? Во всем этом аде я вижу и себя. Там, в уголке. Разбитую вдребезги…

Клянусь, я почти ощущаю эту боль по телу, которая проходится волнами. И мне страшно…мне страшно, что она станет реальностью.

Закрываю глаза, выдыхаю шумно. Сама слышу тихие шаги в мою сторону, а потом чувствую и руки. Дамир крепко сжимает мои плечи, упирается лбом в макушку и хрипло шепчет.

- Почему ты мне не сказала?

- Я не знаю, - шепчу жалобно, - Ты был так рад, и я не хотела портить тебе настроение.

- Когда?

- После нашей ссоры. Мы поцапались в салоне, я свалила, а утром он приперся с цветами. Сказал, что от тебя. И это он просил мой номер, Дам. Он его Насте передал…

Пальцы сильнее впиваются в мою кожу, а я шепчу.

- Ничего такого, но…мне не нравится этот Золотов, Дам. С ним что-то не так.

- Чего ты боишься конкретно, Кать? - отвечает в тон, - Озвучивай.

- Мне не нравятся его мысли.

- И ты боишься, что я вдруг начну думать так же.

- Да.

- Считаешь, что я телок, которого можно увести и внушить что-то?

- Нет, но...с ним что-то не так, родной.

С ним что-то не так...

Мы молчим пару мгновений, а потом Дамир сильнее прижимает к себе, оплетая руками, кивает.

- Этого больше не повторится, клянусь. Я с ним поговорю…

- Дам…

- Просто поговорю, Католик. Без глупостей.

А он может. В смысле, глупости совершить - и это была одна из главных причин, почему я молчала…

- Он привык так со всеми общаться, но я обозначу границы. Хорошо?

Я немного разочарована. Мне бы хотелось услышать, что ты ограничишь наше с ним общение…но…этого не происходит.