Действительно, она сегодня отчего-то напялила не самые модные ботинки, простые джинсы и ширпотребовскую куртку — Мазур видел такие на прохожих в рабочих кварталах, явный ширпотреб."

"— Мне не идет? — спросила она с легко уловимым кокетством.

— Самое забавное, что вы и в таком наряде очаровательны, — сказал Мазур, ничуть не кривя душой, все же хороша была, чертовка, золотистые волосы распущены, щеки румяные…

Машина остановилась на красный — и Беатрис, повернув голову, неторопливо окинула его тем, позавчерашним взглядом, которому не подберешь другого употребления, кроме нецензурного.

Добром не кончится, философски подумал Мазур, придется-таки смотреть ируканские ковры без малейших поползновений выпрыгнуть в окно — да и самому прыгать в окно не хочется, откровенно говоря. А потом он подумал уже с грустью: ну, по какому ж закону подлости получается, что подавляющее большинство красавиц, с которыми его сводила судьба, были либо чьими-то агентессами, либо объектом разработки, либо своего рода производственной необходимостью — а то и всем сразу? Исключения по пальцам можно пересчитать…

И тут же ответил сам себе: потому что профессия такая, ангел мой, попала собака в колесо — пищи, да бежи…

— Политика, Джонни, — сказала Беатрис.

 — Едем на достаточно серьезное мероприятие, так что следовало одеться попроще, а не выглядеть разряженной куклой из модного журнала…

Она уже несколько раз бросала быстрые взгляды в зеркальце заднего вида — такое впечатление, гораздо чаще, чем требовалось. Несколько раз несуетливо, но без особой необходимости перестроилась из ряда в ряд, то оказываясь на крайней левой, то на крайней правой.

Тогда Мазур тоже принялся рассматривать идущие сзади машины в боковое зеркальце.

Спец по выявлению пешей либо моторизованной слежки из него был не ахти какой, но все же ему определенно показалось, что маячивший машины через три у них на хвосте серый «москвич» (порой тоже без особой нужды повторявший маневры Беатрис, пусть и не все) определенно питает к ним нездоровый интерес. Может, это местные чекисты ее водят? Больше вроде бы и некому, не «нацики» же будут висеть на хвосте у американской политической советницы своего лидера?

Они выехали за город, попетляли по парочке развязок.

Скорость Беатрис особенно не прибавляла, но в зеркальце поглядывала частенько. Мазур видел позади далеко отставшую серую машину. Действительно, очень походило на «хвост»…

Почти пустое шоссе, редколесье сосен по обе стороны, свернули на неширокую, но асфальтированную дорогу (там, где она выходила на загородное шоссе, торчал указатель с непонятной Мазуру надписью, где два последних слова были взяты в кавычки). Еще минут пять — и дорога уперлась в распахнутые настежь ворота, где и закончилась.