Почти одновременно четыре смуглых итальянских лица повернулись в сторону Ника, который весело наблюдал за этой сценой, откинувшись на спинку стула.

— Лорен уверяла меня, что может посмотреть за собой сама, — сказал он спокойно, вставая из-за стола.

Ник сказал, что ему нужно позвонить, а Лорен в это время направилась через холл в туалет. Выходя оттуда, она увидела его в телефонной будке около входа. Он говорил тихо, но одно слово Лорен разобрала ясно: «Эрика».

«Странно, почему именно сейчас ему надо звонить какой-то женщине, — думала Лорен. — Или? Он сказал, что его ждут с девушкой, и, несомненно, он уже с кем-то договорился задолго до сегодняшнего дня. Он отменяет назначенную встречу!»"

"Ник уселся в ее спортивный «понтиак», повернул ключ зажигания, и на приборной доске загорелась красная лампочка, предупреждающая о неисправности двигателя. Ник неодобрительно посмотрел на Лорен.

— Вряд ли что-то случилось с двигателем, — торопливо сказала Лорен. — По дороге в Детройт я заезжала на станцию техобслуживания. Скорее, датчик в неисправности. Машине всего шесть месяцев, ей рано ломаться.

— Почему бы нам не проехаться на север и не проверить ее на ходу? — предложил Ник после небольшой паузы. — А то ты, чего доброго, еще застрянешь на шоссе по дороге в Миссури; если двигатель откажет.

— Прекрасно, — с готовностью согласилась Лорен.

— Расскажи мне побольше о себе и своей семье, — попросил Ник, когда они отъехали от парковочной площадки.

Лорен отвернулась, стараясь скрыть напряжение. Маленькая паутинка лжи становилась все больше и запутаннее. Поскольку Ник знал кого-то в «Синко», а она умышленно не упомянула в анкете о курсах в колледже, то она не хотела говорить о своей учебе там. Глядя в окно на великолепное здание в стиле ренессанс, она вздохнула. Человек по натуре честный, она уже соврала ему по поводу своего возраста, ведь до двадцати трех ей не хватает еще трех недель. И при нем сказала Тони, что у нее нет ни друзей, ни родственников в Детройте.

— Это очень сложный вопрос? — пошутил Ник.

Его улыбка сводила ее с ума. Воротник его рубашки был расстегнут, и Лорен с трудом сдерживала себя, чтобы не коснуться обнаженной мужской груди. Пальцами или… губами? Острый запах его одеколона дразнил ее, приглашая приблизиться.

— Да мне нечего особенно рассказывать. Моему сводному брату Ленни сейчас двадцать четыре, он женат, начинает самостоятельную жизнь. Моей сводной сестре Мелиссе двадцать пять, она вышла замуж в апреле. Ее муж работает механиком в компании по продаже автомобилей. Как раз там я и купила свою машину.

— А твой отец и мачеха?

— Отец у меня преподаватель. Он очень умный и талантливый, а мачеха — добрая и абсолютно преданна ему.