Он, должно быть, уловил нотку неприязни в ее голосе, так как спросил:

— Мне кажется, все маленькие девочки хотят иметь старшего брата. Ты тоже хотела?

Лорен не смогла сдержать улыбку, которая осветила ее живое лицо.

— Конечно! Но не Ленни. Мы невзлюбили друг друга с первого взгляда. Он немилосердно дразнил меня, дергал за косы и воровал деньги из моей спальни. Я отвечала ему тем, что говорила всем в городе, что он голубой. Правда, никто этому не верил, потому что он был отъявленным бабником!

Ник рассмеялся, и Лорен заметила, что когда он улыбается, уголки его глаз поднимаются вверх. Его теплый золотистый загар резко оттенял металлический блеск глаз, В них светились юмор и острый ум, в то время как твердые губы обещали возбуждающе-агрессивную мужскую чувственность. Лорен ощутила такое же восхитительное возбуждение, как и вчера вечером, и предусмотрительно опустила взгляд на его загорелую шею.

— А твоя сводная сестра? — спросил Ник. — Какой она была?

— Божественной. Стоило ей пройтись по улице, и за ней выстраивалась целая свита.

— Она отбивала этих молодых людей у тебя? Глаза Лорен весело сверкнули, когда она взглянула на него через узкий столик.

— Да у меня не было молодых людей, чтобы их отбивать. Во всяком случае, до семнадцати лет.

Его темные брови удивленно поднялись, в то время как он разглядывал классические черты ее лица, освещенные мягким солнечным светом.

— В это очень сложно поверить, — произнес он наконец.

— Честное слово, это правда, — сказала Лорен с улыбкой. С поразительной ясностью она вспомнила невзрачную маленькую девочку — себя десять лет назад. Хотя отдельные воспоминания были весьма болезненны, сейчас она не придавала большого значения такой ненадежной вещи, как внешняя красота.

Тони поставил на клетчатую салфетку две тарелки, на каждой из которых лежала хрустящая французская булочка, разрезанная вдоль и покрытая вафельно-тонким ростбифом. Потом рядом с каждой тарелкой появилась маленькая чашка с мясным соусом.

— Попробуйте, очень вкусно, — посоветовал он.

— Это действительно великолепно, — согласилась Лорен, попробовав сандвич.

— Очень хорошо, — обрадовался Тони, и его круглое усатое лицо осветилось отеческой улыбкой, — и разрешите Нику заплатить. У него больше денег, чем у вас. Дедушка Ника одолжил мне деньги на открытие этого ресторанчика, — признался он и кинулся в другой конец зала, чтобы отругать неуклюжего официанта.

Они ели молча, пока Лорен не начала расспрашивать о ресторане и его владельце. Из краткого рассказа она поняла, что семьи Ника и Тони были друзьями в течение полувека. И отец Ника работал на отца Тони, пока финансовая ситуация не изменилась настолько, что у дедушки Ника даже появилась возможность одолжить деньги Тони.