Поэтому последние из задержавшихся на этом берегу беженцев торопливо погоняли скот и лошадей, торопясь скрыться от басурман за Трубежем. Наряд наконец-то вытянул на земляной вал длинноствольные чугунные пищали, поставив рядом бочонки с новенькими, глянцевыми пудовыми ядрами и жребием, набранным из всякого мусора, начиная от ломаных ржавых скоб и заканчивая обычной речной галькой. Бояре тоже покинули Рязань, направляясь в назначенные для обороны места.

Отряд князя Сакульского добрался до дальнего брода около полудня. Холопы стали разбирать возки, расставляя толстые щиты гуляй-города, сбитые из сосновых бревен в половину локтя толщиной.

Река здесь представляла собой протоку всего шагов двадцать шириной — но зато противоположный берег возвышался над водой крутым обрывом в полтора человеческих роста. С такого на коне прыгать — все ноги переломаешь. Таким образом, защищать от врага следовало лишь ложбину шириной в полсотни саженей — единственное место на том берегу, где противник мог спуститься к воде. Дополнительным плюсом было и то, что оба берега по сторонам от брода густо заросли ольхой и высокими ивами. Что, впрочем, было вполне естественно — в непроходимом месте никто не вытаптывал молодую поросль.

— Ерунда, отобьемся, — вслух решил Зверев. — Одних пищалей двенадцать штук, да лучников… Твои холопы луком пользоваться обучены? — повернулся он к боярину Афанасию Лавле.

— У троих неплохо получается.

— Значит, лучников шестеро, — подвел он итог. — Десять холопов да нас двое. Ну, всех крымчаков не побьем, а с тысячей-другой справимся. Каковы места выше по течению, тебе ведомо? Татары поверху не обойдут?

— Лес недалече, в нем вдоль реки засека.

Коли не оборонять, то пробраться можно… Но долго и муторно. Чтобы конницу провести, дорогу не одну неделю прорубать придется. Проще нас стоптать.

— Нас не стопчешь, мы кусачие. Плохо, что снизу вверх обзор никудышный. Непонятно, что в той стороне происходит. Поеду, осмотрюсь…"

"Зверев тронул пятками коня. Тот, медленно ступая, вошел в воду. На самой стремнине князю пришлось подтянуть ноги, чтобы не намочить сапоги, но этим все и кончилось — река даже до брюха лошадиного не достала. Увиденное на высоком берегу заставило его улыбнуться: широкая поляна до глины истоптанная копытами самого разного размера.

Похоже, сюда гоняли на водопой скот со всех окрестных хозяйств. Хоть паровоз закопать можно — никто ничего не заподозрит.

Главной проблемой было то, что его забитые порохом винокуренные котлы — в отличие от настоящих мин — взрывателей нажимного действия, равно как и каких-либо иных, не имели. Подорвать их можно, только подведя огонь к заряду. Вроде как дождаться, пока татары окружат — да свечку к запалу и поднести.