— И она, минуя дугообразную лестницу, пошла в свой кабинет в задней части дома.

Черт, он забыл предупредить о ней Холмса. Вдруг тот заглянет внутрь через окно кабинета… Ну да ладно. Если раздастся истошный вопль, он будет знать, в чем дело. Ребус открыл дверь гостиной.

Грегор Джек был один. Слушал музыку. Звук был включен на минимум, но Ребус сразу узнал «Роллинг стоунз». Именно этот альбом он и сам слушал в машине. «Let It Bleed».[20]

Джек поднялся с кожаного дивана ему навстречу. В одной руке он держал стакан с виски.

— Вы и правда мигом, инспектор. Застигли меня врасплох, когда я предаюсь своему тайному пороку. Ну у нас у всех есть хотя бы один тайный порок. Верно?

Ребус снова вспомнил сцену в борделе. Джек, по-видимому, прочел его мысли и смущенно улыбнулся. Ребус пожал протянутую руку. Он заметил пластырь на больном пальце. Один тайный порок и одна тайная болячка.

Джек перехватил его взгляд.

— Экзема, — сказал он и вроде бы собирался добавить еще что-то.

— Да, вы говорили.

— Правда?

— Вчера.

— Вы должны меня извинить, инспектор. Обычно я не повторяюсь. Но вчерашний день и все, что было потом…

— Понимаю. — За плечом Джека Ребус увидел открытку на каминной полке. Вчера ее там не было.

Джек вспомнил, что держит в руке стакан.

— Могу я предложить вам выпить?

— Да, сэр, можете, и я принимаю ваше предложение.

— Виски устроит? Не думаю, что у меня есть что-то еще…

— Меня устроит что угодно, мистер Джек. — И неизвестно зачем добавил: — Я тоже люблю «Роллингов», особенно ранних.

— Согласен, — ответил Джек. — Сейчас в музыке сплошной трэш, не так ли?

Он подошел к камину — рядом на полке стояли бутылки и стаканы. Пока Джек наливал виски, Ребус приблизился к столу, за которым вчера Эркарт перебирал бумаги. Тут лежали письма на подпись (все с логотипом палаты общин в виде опускной решетки замковых ворот) и какие-то записи, связанные с парламентскими делами.

— Парламентская работа, — сказал Джек, подходя к Ребусу с его стаканом, — зависит от того, как вы сами ее представляете. Некоторые делают лишь самое необходимое, и уж поверьте мне, это тоже немало. Ваше здоровье.

— Ваше здоровье.

Они оба выпили.

— Но есть и такие, — сказал Джек, — кто выкладывается на все сто. Работают в округе, вовсю участвуют в парламентском процессе и вообще широко понимают свои обязанности. Выступают в публичных дебатах, пишут, ездят…

— И к какому же лагерю принадлежите вы, сэр?

«Что-то чересчур он много говорит, — подумал Ребус, — и в то же время не говорит ничего…»

— Я примерно посередине, — сказал Джек. — Прошу, садитесь.

— Спасибо, сэр.

Они оба сели. Ребус в кресло, Джек — на диван. Ребус сразу же понял, что виски разбавлено.