А для твоей подруги говорящие зайчики и снегири с гроздьями рябины в клювиках были бы неинтересны, так что без претензий.

Тут гномиха заметила, что я открыла глаза, и сокрушенно произнесла:

– Вы уж не обижайтесь, девушка. Эти лоботрясы не говорили нам, что собираются делать, просто попросили уступить заимку и пару раз нарисоваться с нашими волчками. Сереге вы челюсть свернули, а Косте я сама сверну, когда вас домой доставим. Надо же, нас, порядочных людей, извергами такими выставлять!"

"Костя и Сергей оказались друзьями детства Ленки. Родились они в семье цирковых лилипутов, и родились вполне нормальными, здоровыми ребятами. Еще когда циркачи были в хорошей спортивной форме, муж заочно учился в Московском лесном институте и к выходу на пенсию, а она у циркачей приходит рано, окончил факультет лесного хозяйства. Уже в цирке они хлебнули столько повышенного людского внимания, что мечтали о тишине и безлюдии леса. Постоянно жили в селе, а изба, на которую мы набрели, была их летней резиденцией и дачей. Глупая Ленка, обиженная на меня за то, что я проработала всю новогоднюю ночь, попросила друзей устроить для меня розыгрыш, но в чем он будет состоять и как закончится, не знала. Сама она должна была только вывести меня к избушке и подыгрывать братьям. Ну, ничего, я еще разберусь с этой интриганкой, со злостью решила я, и с этими… клоунами.

«Эти клоуны» во главе с подругой стояли возле лилипутской кроватки, в которую им удалось меня втиснуть, и с мольбой смотрели мне в глаза.

– А волки? – спросила я.

– Волки настоящие, но ручные. Их мать два года назад застрелили, вот мы их и воспитали, – улыбнулась карлица, и веселые морщинки разбежались из уголков ее глаз.

Наталья Солнцева

Браслет скифской царевны

Старый год умирает. Он отцвел, отыграл, спел свою песню, и теперь ему остается только уйти. О нем почти не вспоминают. Все предвкушают наступление Нового года, готовят праздничную встречу, полную нарядных елок, искрящегося снега, огней, шампанского, музыки, веселья, надежд и счастливых пожеланий.

Но старый год еще не сказал последнего слова. Он приберегает его до самого конца, до «мига вечности», когда куранты пробьют полночь, когда старое умрет, а новое родится. Прежде чем это произойдет, жизнь и смерть сольются в любовном экстазе – и неизвестно, кто выйдет победителем. В полночь так легко все перепутать.

Странные мысли одолевали Олега Бердянина, бывшего завзятого искателя кладов, а ныне обыкновенного продавца в магазине бытовой техники. Предпраздничная суета, блеск елочных украшений, бегающие огни на улицах возбуждали его напряженные нервы, вызывали головную боль.

Сеть магазинов принадлежала его отцу, состоятельному бизнесмену Трофиму Бердянину.

– Иди администратором для начала, – уговаривал Олега отец.