Ее манера письма может быть как ужасной, так и утонченной, но, самое главное, Роман не хотел соперничать за достижение своей цели.

– Когда она приступит к работе? – спросил он.

– Сегодня. Скоро придет.

«Великолепно», – с иронией подумал Роман. Хотя, возможно, это к лучшему.

Чем быстрее эта пытка закончится, тем лучше.

Следующие пару часов его внимание разделялось между некрологами и стеклянной дверью «Вестника». Он ждал эту загадочную личность, которая потенциально могла разрушить его будущее. Она явилась ровно в полдень, как по волшебству.

Невысокая, бледная, лицо сердечком, на носу рассыпаны веснушки. Девушка оглядывала новое место работы широко раскрытыми глазами. Каштановые волосы были зачесаны в аккуратный пучок. На ней был потрепанный тренч, в котором она утопала, с туго затянутым поясом. Когда Сара Приндл бросилась к ней с оживленными приветствиями, она с хрустом разминала пальцы.

– Вот, позвольте представить! – заявила Сара, ведя по редакции за руку худший кошмар Романа.

Он встал из-за стола и подошел к буфету налить себе чашку чая, не сводя глаз с новенькой, которая знакомилась с редакторами, помощниками, с Зебом. Он был единственным, кому она еще не пожала руку.

Однако он не мог избегать ее вечно. Сара бросила на него несколько многозначительных взглядов, усаживая девушку за рабочее место – всего в двух столах от него. Роман подавил стон.

Он поставил чашку и пошел знакомиться.

Новенькая трогала клавиши печатной машинки. На ней по-прежнему был этот невзрачный плащ, хотя высокие каблуки добавляли авторитета. Должно быть, она почуяла его появление, как бурю, надвигающуюся на горизонте. А может, ощутила его холодный взгляд. Девушка подняла голову, смело рассматривая его, а потом улыбнулась.

– Я Айрис, – жизнерадостно произнесла она, протягивая руку. – Айрис Уинноу.

«Что за имя?» – мысленно проворчал он, уже представляя его как подпись в газете. Хорошее имя. Из тех, которые так и хочется попробовать на вкус, но он одернул себя.

– Я Роман Китт, – резко сказал он. – Добро пожаловать в «Вестник».

Ее рука так и висела между ними, ожидая его пожатия. Игнорировать было бестактно. То, что он так долго не отвечал, уже было грубостью. Роман неохотно взял ее ладонь и удивился тому, каким крепким оказалось пожатие. И как от прикосновения вверх по его руке пробежал электрический ток.

Китт резко проснулся.

13

Ты видал и похуже

– Что-то ты слишком тихий, – заметил Дакр.

Роман оторвал взгляд от грязного окна грузовика. Войска наконец покинули унылую ферму и двинулись на восток по извилистой дороге.

– Простите, сэр. Наслаждался переменой обстановки.

Дакр сидел рядом, пристально глядя на него.

– Старые раны болят?

Допрос оказался столь неожиданным, что на миг Роман растерялся.