Ох и хитрый… Ты что же, хитрец недоделанный, решил, что так на Твердь попасть проще? Ну-ну.

Вот так новость! По сути, я уже выполнил обговоренную с Китаром задачу. Источников отправляют на Твердь. Можно убивать это тело и возвращаться в мальчишку. След его сестры найден. Но он найден не весь, лишь начало. Порожник считает, что я специально явился сюда, чтобы они меня сопроводили на следующий пояс. По-видимому, они это могут. И это им выгодно. Кто-то с той стороны очередного барьера платит за источников хорошую цену — это очевидно как день. Я не против — пусть продают. Или получится освободиться уже в следующем поясе, либо вернусь к Китару с ещё большим объёмом столь ценной для него информации.

— А разве кого-то волнует, что произойдёт со мной на той стороне? — решил я удостовериться в правильности своих выводов.

— Уж точно не меня, — мгновенно подтвердил глава тайной службы мои догадки. — На Тверди твори, что-хочешь. Там ты станешь уж их проблемой.

И, чтобы лысый на сто процентов поверил, что смог раскусить мои замыслы, нужно тему развить.

— У меня предложение. Можно?

— Ну давай. Продолжай меня смешить, Сквознячок."

"— Вы не предупреждаете тех, за барьером, что я задумал удрать, а я в свою очередь вплоть до Тверди веду себя аки кроткий ягнёночек.

— Принимаю, не думая, — хлопнул лысый рукой по столу. — Удрать вы хотите решительно все. Детям тоже не нравится, когда их насильно уводят из дома и тащат непонятно куда. Только зря ты надеешься. Твердяне — ребята серьёзные. Впрочем, слова прозвучали. Позовите Ебора.

Последнее было адресовано уже не мне. Один из охранников коротко поклонился и скрылся за дверью.

— Колись, Сердар, — откинулся порожник на спинку массивного кресла. — Тебя взяли за яйца, или всему виной сказки про власть и могущество? Гонит страх или манит Вершина?

— Конечно второе.

— Я так и подумал. За три века столько таких дураков повидал, что уже по глазам вас читаю. Скучно жить. Твоё право. И не говори мне, что внезапно уверовал в заветы Единого. Знаю я таких, как ты.

— Не по мне жить без цели, — неопределённо пожал я плечами. — Лучше попробовать и потерпеть неудачу, чем так никогда и не попытаться.

— Слова пацана, а не мужа, — скривился порожник. — Но ты в своём праве. Добудешь себе на Тверди свободу, делай дальше, что хочешь. Обратно всё равно не вернуться, даже такому, как ты. Там ты мне не опасен. А вот в дороге твой длинный и наглый язык может мне доставить проблемы. Без обид, Сердар. Мне не нужно, чтобы на лоскутах кто-то принялся болтать про убитого по приказу Порога императора Ларта.

— Я полвека молчал, помолчу ещё, — снова пожал я плечами.

— Помолчишь, — кивнул лысый. — Я в таких делах щепетилен. Вернёшь дар, отрастишь себе новый язык. Ты же лекарь.