Продюсерская компания, уже вложившая определенную сумму в проработку проекта и договорившаяся с телеканалом о финансировании, не хочет терять деньги, им нужно понять, почему писатель отказывается, и найти пути, которыми можно вновь получить его согласие. Ну прелесть же! Разве можно сравнить с поиском какой-нибудь очередной виллы на очередных островах, зарегистрированной на очередного родственника?

– Настюха, не дави на меня, – спокойно, но очень серьезно проговорил Стасов. – Я принял решение и менять его не буду. Мальчик должен начинать работать, первое задание ему нужно дать попроще, чтобы гарантированно не напортачил. Использовать твои мозги на такой ерундовой работе просто неприлично, это все равно что поставить системный блок на бочку с капустой вместо гнета. Кроме того, тот писатель – молодой мужик, тридцать с хвостиком, и Васе проще будет найти с ним общий язык, чем тебе, ты уж прости, подруга. И еще добавлю: Василий понравился заказчику, а это тоже немаловажно.

Давить она не собиралась. Она просто попросила. Но нет – так нет.

– Ладно. Нет – так нет, – повторила она вслух, с ужасом чувствуя, что на глазах выступили слезы горькой обиды.

Быстро вышла из кабинета, стараясь не поворачиваться к Стасову лицом, чтобы он не увидел ее позора.

– Ну не обижайся, Настюха, – донеслось ей в спину. – У каждого на новой работе должно быть первое задание. Себя вспомни.

В коридоре она постояла немного, стараясь отдышаться и прогнать непрошеные слезы. Да что это с ней?! Стала не только прожорливой, но и обидчивой, вдобавок чуть не расплакалась прямо в кабинете шефа. Позорище. И вообще: неуемный аппетит никому из окружающих не мешает, а вот обидчивость и слезливость на работе недопустимы, да и в повседневной жизни не сильно помогают. С этим надо что-то делать, бороться как-то, что ли…

Возле двери в свой кабинет Настя столкнулась с Василием и постаралась улыбнуться ему как можно приветливее. Хотя, кажется, получилось не очень.

– Поздравляю с началом работы, – сказала она почти радостно.

– Спасибо, – равнодушно отмахнулся молодой человек и прошел мимо, не задержавшись ни на секунду.

Ей стало еще обиднее.

⁂Настя сама удивлялась тому, насколько быстро привыкла к новому району, в который они с Чистяковым переехали. После без малого сорока лет, прожитых в прежней квартире на Щелковском шоссе, ей казалось, что адаптация будет проходить долго и мучительно, и заранее готовилась к тому, что все будет не нравиться, неудобно, не так, как раньше, одним словом – плохо.

Но все вышло иначе. За то время, пока она занималась ремонтом и обустройством, район стал привычным, инфраструктура – хорошо изученной, новая квартира – почти родной, и, вопреки ожиданиям, Настю ничего не раздражало.