Не «я куплю то, что я хочу, и унесу домой, когда мне удобно», а «я закажу то, чего в глаза не видел и в руках не держал, надеясь исключительно на вашу порядочность и честность, и буду терпеливо ждать, когда вам удобно будет соизволить». Ну круто вообще! Я с такой позиции на это дело не смотрел. А новости как же? Зоя сказала, что не читает их. Причина та же? Боится фейков?

Умный парнишка. Быстро соображает. Может, зря Настя его невзлюбила? Ну, подумаешь, посмотрел не так, протянутую руку дружелюбия проигнорировал, когда она поздравила его с началом работы. Да и дружелюбие-то было наигранным, притворным, чего уж врать самой себе.

– Зоя ничего не боится, – усмехнулась Настя. – Она уважает себя и не хочет, чтобы ее сознанием манипулировали при помощи протухшего салата из настоящих и фейковых новостей, поэтому предпочитает не читать их.

– Вот я и говорю, ушла во внутреннюю эмиграцию, – удрученно констатировал Василий.

Значит, именно об этом они говорили, когда Настя вошла. Любопытно! Неожиданная тема для молодого парня, тем более для бывшего полицейского.

– А что вы предлагаете? Открытую борьбу? Рвануть на груди тельняшку – и на баррикады? Вам, пожалуй, можно, вы молоды и полны энтузиазма, а у Зои семья, сын, невестка, внучка маленькая, и еще внук, постарше, не родной, но он ведь тоже член ее семьи.

– А вы? – задал он неожиданный вопрос. – У вас ведь нет ни сына, ни внуков.

– Что – я? – не поняла Настя.

– Вы будете открыто бороться? Или тоже утретесь и смиритесь? Шеф рассказал с утра, как вас вчера отымели наши бывшие коллеги. Неужели спустите им с рук и простите?"

"Много себе позволяет этот мальчик, совсем берегов не чует. Будет ли она бороться? Конечно, нет. Наверное, уклонение от борьбы – это неправильно, более того, это постыдно, недостойно, бесчестно. Ну что ж, значит, она, Анастасия Каменская, такая и есть: недостойная, бесчестная, постыдная. Но как бороться с окружающим маразмом, наглостью властей, открытым цинизмом и беспределом – она не знает. «Зову я смерть. Мне видеть невтерпеж достоинство, что просит подаянья, над красотой глумящуюся ложь, ничтожество в роскошном одеяньи…» Шекспир, похоже, тоже не знал, как бороться, мог только констатировать: «Все мерзостно, что вижу я вокруг…» А она, Анастасия Каменская, далеко не такая умная, как гениальный драматург, она и подавно не знает.

– Я так понимаю, вы любите американские сериалы про юристов, – медленно проговорила она. – В одном из них я услышала замечательную фразу: «Если мой уголок мира останется вменяемым, я не позволю безумию победить». Вот это и есть моя личная борьба. И Зоя, и я – мы обе боремся за то, чтобы сохранить самостоятельность мышления и не дать никому возможности манипулировать нами при помощи ложной информации.