О чем это она? Никаких коварных интриг он не плетет, и неблаговидных делишек за ним, вроде бы, не числится…

– Ты втянул меня в историю с сериалом этого никому не известного Кислова, ты заверил меня, что автор – человек вменяемый и готовый продать права на экранизацию за сущие копейки, ты уговорил меня идти к людям с телеканала и пробивать проект. Так? Или я что-то путаю?

– Так, – подтвердил Латыпов.

Он все еще не понимал, к чему клонит Виола.

– Тогда объясни мне, будь так любезен, почему сегодня утром мне позвонили с телеканала и сказали, что автор отказывается уступать права. Причем отказывается категорически и финансовую сторону обсуждать не намерен. То есть дело не в том, что ему мало предложили.

– А в чем же тогда?

– Он против экранизации. Он не хочет, чтобы по его книге снимали сериал. Он отказывается окончательно и бесповоротно. Совсем недавно ты, как мне помнится, говорил совсем другое: дескать, автор рад и счастлив и готов передать права за чисто символическую сумму. Было такое?

– Ну да… Леся с ним встречалась несколько раз, по телефону с ним общалась… Передала мне его слова… Мы и сценарную заявку ему показывали, он был очень доволен, во всяком случае, Леся именно так мне говорила. Я ничего не понимаю! Может, на канале что-то не так поняли?

– Ты еще скажи, что я сама что-то не так поняла, – голос Таракановой набрал силу и высоту, а улыбка из ласковой превратилась в зловещую. – Мы заплатили из оборотных средств компании за работу сценариста, и что теперь? Канал готов финансировать нас только при условии, что права на экранизацию автор передаст именно им, а не нам. А пока они не получат права, мы не получим деньги на проект, сам знаешь. Я тебе что, девочка для битья, которую можно посылать к руководству канала с непроработанным вопросом?

– Но Леся… – растерянно пробормотал Латыпов.

Ему очень хотелось сказать, что редактор Леся вообще-то приходится Виолетте Францевич какой-то дальней родственницей, и напомнить, что на работу в компанию ее привела именно Тараканова, так что если девчонка оказалась неопытной, некомпетентной и налажала, то с Латыпова спроса нет, пусть сама Виолетта и расхлебывает, разбирается со своей протеже. Хотел – но удержался. Гибкий человек.

– Я разберусь, – коротко ответил он. – Сколько у меня времени?

– Неделя, – так же коротко ответила Тараканова и уткнула глаза в лежавшие перед ней бумаги. – Либо через неделю ты лично везешь этого Кислова на канал и он в твоем присутствии подписывает договор, либо мы замораживаем проект, а израсходованные средства спишем с тебя. Впрочем, можешь внести наличными или банковским переводом, оформим как спонсорский взнос.

Латыпов молча пошел к двери, с трудом удерживая кипящую в нем ярость.