Но Адам не пытался сойти за жителя «трущоб». Он был здесь своим. Первые шесть лет своей жизни он провёл в полуразрушенном трейлере за мини-маркетом.

По улицам ездили полицейские машины, иногда полицейские светили фонариками в окно, преследуя скопления людей, пока те не расходились. Но они никогда не замечали Адама. Его вообще никто никогда не замечал. Именно поэтому он по-прежнему мог свободно бродить, охотиться, убивать. Но на сегодня у него в списке дел было только одно – пораньше лечь спать.

Странно, как легко можно было слиться с толпой, если просто притвориться, что принадлежишь ей. Даже тому, кто проводил большую часть своего времени на виду у всех. Тому, кто известен в определённых кругах. По его мнению, проще слиться с толпой, если другой вариант кажется абсурдным. А то, что младший сын миллиардера Томаса Малвейни бродит один в худшем районе города в предрассветный час, казалось довольно абсурдным.

Однако и Адам был не тем, кем был. По сути, Адам – никто. Тщательно продуманная ложь, созданная специально для исправления чужих ошибок. Он врал так хорошо, что иногда даже сам верил в свою ложь. Но это всё не правда. Ничего из этого. Возможно, как раз это и делало прогулки Адама в ночи самыми лучшими. В этой части города всем на него наплевать. Люди здесь не знали ни имени Малвейни, ни того, кем его считал весь мир. Им было всё равно.

Адам пробрался через тёмный переулок ко входу в пустое здание, где хранились его... запасы. Адаму не нужен был свет, чтобы видеть дорогу. Адам пользовался этим убежищем с пятнадцати лет. Ему нужно было только бросить нож в свой набор, и уйти. Возможно, он даже успеет добраться до дома к полуночи.

Адам услышал шарканье кроссовок по бетону слишком поздно. Вслед за этим послышался звук взводимого курка пистолета, эхом разнёсшийся по пустому пространству. И всё же Адам не замедлил шаг, пока дрогнувший голос не крикнул:

— Стоять.

У Адама возникло искушение проигнорировать просьбу. Судя по голосу, его обладатель – молодой, неуверенный. На самом деле, испуганный. Бездомные дети нередко пытались найти убежище, когда на улице становилось холодно. Возможно, он наркоман. Наркоман, ищущий быстрые деньги или наркотики. Вполне возможно был шанс получить пулю, ведь даже дёрганым нарикам иногда везло попасть в артерию. Отец Адама воскресит его, чтобы убить снова, если Адам попадёт в переплёт в этой части города.

Со вздохом Адам остановился и повернулся к нападавшему. Он определённо дилетант. Парень стоял в единственном луче света в тёмном помещении, освещавшем его черты настолько детально, что Адам мог бы нарисовать его автопортрет по памяти.