Вот подумал об этом, и по-настоящему страшно стало. Бес закончил с разделкой и к речке пошёл отмываться от крови, а я с новой силой изгнать его пыжусь. Не получается. Опять не получается ничего. Ох, жизнюшка моя… Навеки я зритель беспомощный. Пропал Китя. Теперь моя судьба — до скончания времён сидеть пленником в собственном теле.

* * *Через несколько дней бес уже настолько осмелел, что совсем перестал таиться. Бежит себе потихоньку, переходя то и дело на шаг, и даже рад, как мне кажется, когда какой-нибудь хищник, заметив его, бросается на одинокого путника. Медведи, волки, шакалы, муфры, мохнатые гиены, орлы — все находят свою смерть под ударами волшебных мечей, все, считай, сами приносят свои сердца бесу.

На вскрытие мелких зверей Ло уже даже перестал тратить время. Зачем ему дар, когда настолько острая и прочная сталь в руках мастера и так решает любые проблемы?"

"Нет, эти мечи нельзя сравнивать с моими невидимыми. Всё-таки в четыре раза короче и камень не режут, деревья не рубят. Обычные клинки, просто очень и очень острые и йока с два их сломаешь. Особый, усиленный узлами бесовский удар рассекает, что шкуру, что кость даже старого зверя.

В напавшей вчера на нас стае шакалов был один размером едва ли не с лошадь. И что? Ло тому вожаку половину черепа снёс, как и не было.

Сейчас бесу страшна только внезапная атака, когда какой-нибудь зверь до него доберётся прежде, чем Ло сумеет среагировать. И потому мы не лезем в лес и обходим стороной кусты и скальные выступы, за которыми можно спрятаться. И по-прежнему без сна сидим ночами в укрытиях. А ещё постоянно высматриваем хортов вдали.

Ло специально держится всё время повыше, чтобы со склона всегда видеть свой путь на многие мили вперёд.

Пока помогает. Позавчера по долине под нами прошла стая хортов в пару сотен голов. Бес загодя спрятался и вылез, когда те убрались подальше. Почти все — матёрые звери. Молодняк, или выбит, или сожран своими же, или брошен на побережье, как лишние.

Не соврал Вилор Лант — потихоньку возвращаются орды по гнёздам. Только пока весть о гибели главного гада до всех, самых дальних краёв дойдёт, времени утечёт ещё ого-го сколько. А мы движемся хортам навстречу. Шанс нарваться на отступающих тварей велик, и потому бес по-прежнему не разжигает костров.

Сырое мясо уже в печёнках сидит. Скорее бы уже добраться до тракта и по нему свернуть в горы. Там останется только преодолеть перевал, а на той стороне хребта нам уже идти до долины оргаров всего-ничего.

Опа! Чего это бес по земле распластался? Я на думы отвлёкся. На округу, хоть и смотрю вместе с Ло, а всё внимание в мысли ушло. Ползком вниз по склону, и за большой валун — нырь. Приметили другой, чуть пониже — и к нему, точно так же на пузе.