Пусть лучше так, чем потом, если долго сражаться придётся, на обмане попасться. Бывает такое, что дар на постоянку работает. Только там дар попроще обычно. Яды на запах определять, не мёрзнуть в любой холод, года видеть с отмером опять же.

— Очень долго, — подмигнул я лысому. — Нет у меня по времени потолка.

— Ого! — ожидаемо удивился тот. — Богатый дар. Тады, получается, ты у нас самый ценный боец на весь форт. Готовься побегать тады. Будешь по стенам туды-сюды мотаться, подмогать, где подмога нужна.

Смешной говор у Гоги. Явно не из империи родом.

Аж интересно стало, с какого он острова.

— Да побегаю, конечно, — пожал я плечами. — Раз стрелам перевода нема, отведу душу. А сам ты чего, дядя Гога, умеешь? Огнеплюй — оно ведь не просто так прицепилось небось.

Лысый довольно осклабился.

— Твоя правда. Весь в кликухе мой дар. Пламенем плююсь.

— Изо рта прямо? — не поверил я.

— А чего, думаешь, у меня волос нет? — хмыкнул Гога. — И одёжа такая дурацкая?

Что дурацкая, тут он в верно подметил. А я ещё дивлюсь, отчего у него рубаха без ворота и до пуза распахнута, словно у нас уже лето настало.

Ни один солдат так не ходит. Впрочем, Гога, хоть и служит здесь в форте, но солдатом, как мне сам он сказал, не считается. Нанятый на сезон одарённый. Так положено, чтобы в каждой крепости хоть один кто-то с боевым даром был. Гога тут, в шестнадцатом, седьмой раз уже. Комендант ему здешний понравился. Хвалит Борха. С мозгами мужик, говорит.

— Погорело всё что ли? — прищурился я.

— Так ото ж, — вздохнул Гога. — Коже жар нипочём, а волосья вмиг плавятся. И рубахи края, коли недогляжу.

— Диковинный дар, — уважительно протянул я.

 — Не слыхал про такой.

— Ну, теперича ещё и поглядишь, — хохотнул лысый. — Вона, глянь. Дружки наши мохнатые пожаловали. Когда плевать буду, не стой близко главное. Припалить могу.

Но я уже напрочь забыл про Гогу и его чудной дар. Моё внимание прочно приковало к себе колышущееся серое пятно, что в паре вёрст к закату от нас начало стремительно заполнять узенькую полоску тракта, многочисленными струйками вытекая из леса.

— Хорты? — неуверенно уточнил я.

— Они, родимые, — подтвердил Гога. — Минут десять, пятнадцать — и будут здесь.

Тока что-то мне цвет не нравится.

Последнего я не понял. Но переспрашивать не стал. Как завороженный продолжал следить за заполняющими дорогу хортами.

— Судари одарённые, будьте готовы, — подошёл к нам комендант форта. — Ты, Китар, стрел не жалей. Как на точный выстрел подойдут, сразу бей. Старайся тех, что постарше выцеливать. Что-то матёрых в этот раз больно много. Даже отсюда видно, что не один молодняк на нас прёт.

Я вопросительно посмотрел на майора.