Ну, а Апполло, — его же все обожают! Ради его концерта можно и комиков потерпеть, даже если и не понравится…

Ох, наверное, я это зря сказала…

— Капец, — бросает блондинка, а разноцветная ей кивает в ответ.

— Ладно, пошли, — берет меня вдруг за руку и чуть ли не бегом тащит за собой, — так, что я чуть каблуки не сбиваю, тут же вспомнив огромного питбуля, что был когда-то у моего соседа. С ним было точно так же — выйду с собачкой прогуляться, а собачка эта как сиганет, — и я просто еду за ней на каблуках, уцепившись за поводок.

Хотя… Мы ведь и правда опаздываем.

Зато я точно знаю, что никакого подвоха нет, — звуки становятся все громче и ближе. Ну, по крайней мере, меня тащат туда, куда и нужно.

— Все, — разноцветная тормозит так же резко, как и дернулась вперед, наконец отпуская мою руку.

— Пришли. Вот в те двери заходишь, а через подсобку уже и в зал.

— Спасибо, — нет, все-таки, странные они какие-то, однозначно. — А вы?

— А нам… — она неопределенно машет рукой в сторону. — Нам еще автографы взять надо, вот. Так что мы — туда, а потом — тоже в зал, сразу за тобой, — разноцветная как-то странно мне подмигивает и тут же утаскивает подругу за руку за ближайший угол.

Ладно, мало ли у кого какие тараканы, — решаю, пожав плечами и захожу в невзрачную дверь. Вот никогда бы не подумала, что вход в зал через нее! Ну, — точно бы заблудилась!

* * *

Лера

— Лер, а ты уверена, что это она?

Только что в коридоре, как всегда, опаздывая, мы замечаем эту девушку. Что-то я в последнее время стала совсем рассеянной и собраться вовремя для меня — самый настоящий подвиг! Которого, к счастью, Славка от меня не ждет и совсем не возмущается из-за моих теперь уже ставших постоянными опозданий! Только улыбается какой-то безумно счастливой улыбкой каждый раз, когда я пытаюсь извиниться и притягивает к себе, гладя по животу, по которому еще совсем ничего не видно! Ну вот ни капельки! Но Слава убеждает меня в том, что он чувствует нашего малыша, а я решила с ним не спорить, — ну зачем, если он так от этого счастлив?

— Уверена, — шиплю Полинке так, чтобы она не услышала — в этих пустынных коридорах, когда никого нет, такое эхо, что даже если про себя говоришь, и то тебя на другом конце корпуса слышно. — Мне Слава ее показывал. Она когда еще букет Антона выбросила, парни потом свое шпионское расследование провели и узнали, кому приносили букет. Это точно она.

— Стерва, — шипит Полли, взмахивая руками. — Может, прижмем ее тут к стеночке, а? Никто и знать не будет!

— И что, Поль? Расчленим и уйдем? — я уже хохочу, прикрывая рот ладошкой.