Люди должны знать — кого бояться… Хм… А кроме того, что это одинокий, харизматичный белый мужчина 20–30 лет, вы можете что-то сказать о его внешности, доктор? Как вообще выглядит этот человек? Мы ведь все представляем себе маньяка как какого-то психа с безумным взглядом, с каплями крови на ботинках и с ножом в руке. Но это явно не наш случай.

— Не наш… Вы удивитесь, Анжелика… но внешне он ничем не отличается от нас с вами. Вполне возможно, что он прямо сейчас сидит с нами в студии…

— В нашей студии?!

— Да. Это могу быть даже я! Хотя, нет… Я немного выбиваюсь из профиля, я несколько старше… А вот вы, Джеф, вполне подходите под профиль.

— Я?!

— Вы. Вы высокий, симпатичный, уверенный в себе белый мужчина среднего класса, идеально подходящий по возрасту… У вас в детстве не было никаких психологических травм?

— Не было у меня никаких травм!

— А вы женаты?

— Так… Мы сейчас так договоримся, что за мной приедет наряд из полицейского участка. Я бы этого не хотел…

— Хорошо, Джеф… Будем считать, что вы не он!

— Я не он! И нечего тут считать!

— Хорошо…

— Доктор Брайант… А ведь мы не упомянули одну важную и характерную деталь…

— Какую, Анжелика?

— На шее каждой жертвы была обнаружена золотая цепочка. Одна и та же золотая цепочка. Что это? Прощальный подарок? И почему такой дорогой?

— Хм… и снова хороший вопрос. И да — это подарок. И раз наш убийца в состоянии делать такие подарки, значит, он обеспеченный человек!

— А сам смысл такого подарка? В чём он?

— Скорее всего, это часть ритуала. Он не просто убивает — он создаёт сцену. Это может быть подпись, компенсация или иллюзия заботы. Или банальное желание славы и признания — он хочет быть узнанным… Но я всё же склоняюсь к первому варианту, украшение на шее жертвы — это подпись художника в углу его картины!

— Такое впечатление, доктор, что вы им восхищаетесь!

— Что? Нет-нет, конечно нет! [смущённый кашель] Я просто… стараюсь понять его мышление. Это часть моей работы — влезать в голову таких людей. Иногда, да, получается слишком хорошо…

— Доктор, а как вы думаете — он действует в одиночку? Или у него может быть сообщник? Или… сообщница?

[слегка затянувшаяся пауза]"

"— Хороший вопрос, Анжелика… На первый взгляд — всё указывает на одиночку: одинаковый стиль, один и тот же почерк, строго контролируемый ритуал. Но… если посмотреть глубже — всё слишком аккуратно. Слишком чисто… Но это может быть признаком того, что у нашего убийцы горазда больше опыта… Вполне возможно, что жертв у него гораздо больше, чем нам известно…

— Серьёзно?!

— Да, вполне…

— Fuck!

— Угу… Ну а наличие сообщника в нашем случае крайне маловероятно.