Думаю иногда, вот я уеду, вернусь через четыре года, а ее может к тому времени уже и в живых не будет. Всякое ведь бывает у них, у наркоманов. Но не решаюсь.

— Почему?

— Сложно… Не могу к Марку подойти напрямую. Боюсь, его это ранит. Он ведь с такими усилиями меня выцарапывал из ее лап тогда, в детстве. А теперь, выходит, я сама к ней рвусь… Но я ведь не потому рвусь, что его не люблю. Это тяга, не поддающаяся рациональному объяснению. Мне просто надо на нее еще хоть раз посмотреть. Понимаешь?

Андрей не понимал, но кивнул. Точнее он понимал, что Кате это действительно нужно, и что это для нее очень сложно, но почувствовать себя в ее шкуре не смог бы, как ни пытайся.

— Я думаю, тебе все же стоит с отцом поговорить. Не решай за него, что он будет чувствовать и думать. Он ведь не дурак… У него тоже есть мать, он понимает, что ребенок не может по щелчку пальца ее разлюбить…"

"— А я ее не люблю, — Катя ответила, глядя прямо в глаза парня. Аж холодок по спине прошел от того, как искренне смотрели глаза и звучал голос. — Это действительно сложно понять, но я ее не люблю. Как можно любить человека, который тебя в одной комнате запирал, а в другой ширялся с друзьями? Или утехам придавался? У меня было много веселья в детстве, знаешь ли.

Я ее ненавижу за это. За то, что детство мне испортила, и папе жизнь… Но… В глаза ей я хочу посмотреть. И в них хоть капельку раскаянья увидеть. Или тоски… Или любви… Что должны дети в маминых глазах видеть? Любовь безусловную? Она меня ее лишило. Ее любовь ко мне была с условием — ей доза, мне любовь… Пойдем задачу делать. А то действительно засиделись что-то…

Катя встала, не дожидаясь Андрея, в комнату его вернулась, за стол села, дрожащими пальцами ручку взяла…

Андрей стал вторым человеком, с которым она все это обсуждала.

Первым был Питер, но с чехом было иначе — там она писала, потом ее письмо читал «виртуальный человек», он же и отвечал… А тут она на диване устроилась, в чужой гостиной…и чужому же человеку в таком призналась сходу… Теперь даже стыдно было в глаза ему глянуть. Не потому, что сказала что-то крамольное, а потому, что такое сокровенное открыла.

— Кать…

Андрей снова в дверном проеме задержался, окликнул тихо, ласково даже…

— Ммм?

— Я свет выключу, не пугайся только…

— Зачем?

— Показать тебе кое-что хочу…

Она не ответила, но Андрей и не ждал ответа, свет потушил, дождался, пока и у него, и у девушки глаза к темноте привыкнут, потом к полкам своим подошел.

Музыку включил какую-то, тихую, но приятную… Звук будто бархатом по коже струился… Потом Андрей подошел уже к девушке, руку протянул, приглашая как бы…

— Что?

— Давай потанцуем просто… Не бойся, я без глупостей.