Мы потихоньку подкрались ближе в вратам, но знакомиться с неподвижными стражниками лично не торопились. Антоху я снова загнал на дерево. Расположившись высоко в ветвях он посмотрел сквозь прицел на поляну и начал тихо материться, не забывая жаловаться, что его тошнит от этого зрелища. Мы втроем начали обстреливать поляну из огнеметов навесом, Антон корректировал огонь и добавлял своего. Через несколько минут охраняющие врата вросшие в землю чудища были уничтожены, но подойти к воротам было невозможно, пока не догорели монстры. Мы уселись на ствол рухнувшего клёна и ждали, пока Антон даст сигнал.

Я удрученно рассматривал испорченные клинки шашек, потом протер их носовым платком и убрал в ножны. Вопрос замены стоял остро, надо что-то придумать в ближайшее время. Андрей перезарядил «Шамана» и снова уставился в планшет.

— Паш, посмотри, что-то мне это не нравится, — он повернул ко мне экран и показал на слабо мерцающие точки, где недавно были жирные и яркие. — Такое впечатление, что мы не убили их полностью. И притока я, кстати, особо не ощутил. Это получается, что мы их не добили?

— Выходит так, — ответил я, вглядываясь в еле заметные мерцания. — Значит надо идти на место и добивать. Давайте не будем затягивать с этим. Антоха, как там дела?

— Пламя почти угомонилось, — ответил он с сомнением в голосе. — Или мне кажется, или там всё ещё что-то шевелится.

— Тебе не кажется. Оставайся пока там. Если что, сверху прикроешь.

Я первым встал с нашего насеста и потопал вперёд, остальные поторопились следом. Вокруг нужной нам поляны подлесок был гуще и много бурелома, через который приходилось перелезать. Я раздвинул кусты боярышника и офигел. Прямо передо мной из земли торчало подобие огромного мясистого (в прямом смысле слова) цветка. Несколько ярусов искореженных огнем лепестков, в центре вместо тычинок пучок длинных щупалец, а вместо пестика — похожий на толстый пень выступ с зубастой пастью.

Щупальца живыми не выглядели, изрядно обуглены и из трещин сочится черная жижа. А вот зубастая сердцевина пострадала не сильно. Скорее всего во время нашей атаки она втянулась внутрь, а теперь снова вылазила наружу. Я с интересом наблюдал, как эта сердцевина толщиной больше, чем полметра, медленно поднимается вверх и наклоняется в мою сторону. Над ощеренной острыми клыками пастью открылись две пары маленьких глаз.

Странный монстр остался жив. Хорошо хоть не целиком. Я оглянулся на остальные «цветы», с ними происходило то же самое. Вокруг «пестика» начали вырастать новые щупальца-«тычинки». Только сейчас я понял, что не могу пошевелиться. Даже при всём желании. И сообщить об опасности не могу, только стоять и пялиться, как отрастающие щупальца тянутся ко мне.