Блядство! Почему Она? Ну, почему именно Она? Решил же держаться как можно дальше… Идиот! И что в итоге? Зажал в подсобке? Как какую-то… А если, все-таки, было?

Ты меня пугаешь…

Просто дай мне уйти…

Я никогда тебе этого не прощу…

Башка шла кругом.

— Кирюх, че замолчал? В новый трип улетел?

— Думаю, как бы тебе повежливее объяснить дорогу до ближайшего кладбища, — хрипло рассмеялся.

— Это типа мне стоит бояться?

— Левицкий, я же вроде тебя предупреждал? Какого хера вчера тряс перед ней своей «шпагой»?

— Завидуешь моему размеру? — парировал озабоченный мудак.

Еле сдержав рвотный позыв, я припомнил порно перформанс товарища. Сколько раз был свидетелем, как он снимал девок. И где только не побывала эта кривая «шпага»…

— Паш, я не шучу. Она не по твою душу, — отключился, тяжело вздохнув.

Припарковавшись на парковке бизнес-центра, я еще некоторое время тупо пялился на желтый лист, прилипший к лобовому стеклу.

Что вообще говорят в подобных случаях?

Да и вряд ли Лебедева теперь захочет вести со мной светские беседы. Но попытка не пытка. Перестану себя уважать, если даже не попытаюсь объясниться…

Остановившись около раздвижных стеклянных дверей ресторана, я сразу увидел объект некогда моих бессонных ночей. Наблюдал за ней сквозь стекло."

"Алина что-то объясняла посетительнице рядом со стойкой администратора. На первый взгляд ничего в ее внешнем облике не изменилось… Белоснежная униформа. Распущенные волосы, уложенные аккуратными волнами. Слабая полуулыбка на губах.

Вдруг она подняла голову и встретилась со мной взглядом.

Такая глубокая печаль и боль читались на дне ее голубых глаз…

Захотелось сдохнуть.

Глава 18

POV Алина— Алин, ну как прошел банкет? — Наталья Леонидовна поймала меня у входа в малый зал, который обычно пустовал в это время. — Тагир сказал, гости разошлись только в четвертом часу утра? Ты, кстати, можешь сегодня уйти после обеда. Я попросила Лену тебя подменить.

— Спасибо… — благодарно кивнула, потому что прошлой ночью так и не сомкнула глаз. — Да как вам сказать…

Этот банкет я точно запомню надолго.

Память услужливо подкинула картину, как, завершив совместное декларирование творчества Носкова, воспользовавшись тем, что Воронов прилег на диван «отдохнуть», я вылетела из подсобки, и, добежав до женского туалета, чудом оказавшегося в этот момент пустым, закрылась в одной из кабинок.

Залезла на крышку унитаза с ногами, стараясь остаться незамеченной для посетительниц, нагрянувших небольшой группкой пару минут после. Но, к счастью, никому до меня не было дела — девчонки хохотали, обмениваясь впечатлениями от праздника.

Мне же потребовалось время, чтобы перестать плакать и хоть немного прийти в себя. Поправить измятую одежду. Восстановить дыхание.