Она уже заходила ко мне днем, расписав план лечения и, как следует, успокоив. После нашего разговора мне удалось, наконец, поспать.

— Как это идти? — прогундосил низкорослый коренастый мужик с подбитым глазом. — А этого куда девать? — он пренебрежительно ткнул сарделевидным пальцем в сторону Кирилла.

— Владимир Семеныч… — Маргарита поправила очки, слегка понизив голос. — Это распоряжение Елены Рудольфовны, а ей звонил главврач! Дальше мы сами разберемся…

— Вон оно как, Семеныч! Учебная тревога… — хохотнул второй блюститель порядка.

— Ну, блатным и ночью солнце светит! — обменявшись ехидными смешками, мужчины, наконец, покинули помещение.

Медсестра тоже попятилась к двери, вместе со вторым врачом.

— Алина, я сегодня всю ночь здесь. Если что-то понадобится, сразу жми кнопку. Не забывай, тебе пока желательно передвигаться только до туалета. Вам с крохой необходим покой! — Маргарита вновь одарила меня своей участливой полуулыбкой.

Вот бы все врачи были такими, как эта девушка. На вид совсем еще молодая, но даже поздно вечером, после рабочего дня на ногах, она не теряла своего оптимизма. С ней общаться мне было гораздо комфортнее, чем с заведующей отделением.

— А вы, молодой человек, не вздумайте заставлять нашу мамочку нервничать! И так поставили всех тут на уши… — а это уже было адресовано Воронову.

— Мамочку… — пробормотал он, даже не глядя в ее сторону.

Кирилл так и замер у входа, сверля меня сосредоточенным глубоким взглядом.

Глава 57

Наконец, мы остались в палате одни, и мое сердце окончательно сбилось с ритма, потому что Кирилл так жадно меня разглядывал, будто впервые видел, ей богу.

Стоял, стиснув кулаки, и смотрел.

И я все никак не могла от него оторваться, ощущая ответную болезненную потребность разделить с любимым человеком это особенное мгновение.

— Ну, иди сюда? — мой голос прозвучал неестественно высоко. — Чего ты там встал?

Кирилл послушно подошел к моей кровати.

Проигнорировав стул, он сел передо мной на корточки, так что наши взгляды оказались на одном уровне, накрыв мою руку своей большой теплой ладонью.

— Как ты? — пальцы Кирилла спустились по моей ладони к запястью, и вернулись обратно, крепко стискивая фаланги.

— Н-нормально… — я попыталась натянуть на лицо улыбку, однако, уголки губ дрогнули, и вышло не слишком убедительно.

«Эффектное» появление Кирилла поздно вечером в моей палате заставило мой и без того расшатанный эмоциональный фон окончательно выйти из строя. В горле першило от подступающих слез.

— Безруков ничего мне толком не объяснил… Сказал только, что ты в больнице. А когда я понял, что ты в перинатальном центре… Я очень за тебя испугался… — Кирилл кашлянул, — за вас.