— Что-то не заметил ее на входе…

— Еще успеешь. Такую трудно не заметить! — подмигнул. — Вон Павлик Левицкий уже третью неделю повадился жрать у нас. Как только к ней клинья не бил. Девка кремень. А этот мажорик же не привык к отказам… Так что…

— Официанток тоже поменяли? — резко его перебил.

— Ну да. Освежили персонал. Вроде все нормальные девки. Симпотные. Заценил уже новую униформу? Все прелести на виду…

Имел несчастье. До сих пор не мог нормально ноги переставлять.

— Ясно… — какого-то хера снова вспомнил про её задницу, еле прикрытую короткой юбкой. — Тебе от Лизы привет. Мы уже погнали, — добавил сухо.

— Че-то вы рано… Скоро живая музыка начнется. Сегодня у нас приглашенная звезда! — в хитром оскале Артем обнажил свои белоснежные клыки.

Живая музыка. Ха-ха. Особенно, когда в башке у меня целый оркестр, исполняющий похоронный марш.

— В другой раз, бро. Надо отоспаться. Словимся на днях. — Я направился к двери.

— Ты какой-то странный. Все нормально?

Да как тебе сказать…

— Более чем. Просто устал с дороги.

— Подгребай в понедельник на обед. Павлик тоже будет. Собрался брать неприступную крепость штурмом. Мы с ним забились: если администраторша снова его пошлет, он мне на целую неделю отдаст свой новый гелик. Надеюсь, девчонка оправдает мои ожидания.

Я зевнул.

— Тём, вообще не вставляет подобная херня. Ладно, наберу. Посмотрим.

Возвращаясь, столкнулся с Лизой около двери в уборную. Договорились, что я дождусь ее около нашего стола.

И дождался… На свою больную голову.

Глава 5

— Ну, здравствуй. Лебедева Алина, — даже подобие своей фирменной улыбки высек, несмотря на плотно сжатые челюсти.

Глаза в глаза.

И снова дурной адреналин серной кислотой разлился по венам. Откинувшись на спинку стула, я ощупывал жадным взглядом каждый ее изгиб.

Нет. Все-таки изменилась. Тогда, в семнадцать, она была совсем дитем. Юная. Хрупкая. А сейчас моя самая грязная эротическая фантазия расцвела, обретя соблазнительные формы. Падший ангел. Мои бесы бились в истерике.

Откровенно жалел, что не разложил ее тогда. Хотя моментов было предостаточно… Трагическая несправедливость. Увы, не я сорвал цветочек аленький. Вот и причина всего обрушившегося пиздеца.

— Привет… — залилась румянцем садюга.

Она неловко улыбнулась, но вышло довольно искренне… как операция на открытом сердце. Получал нездоровое наслаждение от происходящего.

— Как жизнь молодая? — удерживая ее на мушке.

И эти застывшие слезы в глазах. Топили. Тошно от них. Раскаленной лавой в горло. Заливали кадык. Как можно было так ошибиться в человеке?

Отвечай, когда я к тебе обращаюсь. Лебедева.

— Алина? — за секунду разгон до сотки.

— Да помаленьку… — она комкала пальчиками фартук. — А у тебя, Кирилл?

Кирилл…

Ох. Бл*ть.

Нокаут. Выносите тело.