Это полностью твоя инициатива, Аяно.

В неофициальных списках, видимо, как раз и числятся скрытники, как мы со Скоморохом.

— Да, это полностью мое решение, — кивает согласно японка. Да ну? На самом деле, я ее даже не спрашивал — взял девушек под крыло, да и всё. — Но благодаря моим решениям мы и захватили дворец Аза-хана, а затем и лишили армию пакистанских наемников средств ПВО.

Да ну нафиг! Забрала все мои лавры! Вообще плевать, да и она, вроде как, меня выгораживает, но шаблон же! Вечно генералы присваивают себе заслуги солдат.

Владимир уже не уверен, стоит ли ему давить.

И в то же время, ищет как в ферзях остаться, а то на шею же сядем, солдатам только волю дай.

— Моего приближенного убили без суда и следствия, Аяно, — нажимает он на единственный аргумент. — В моем чертовом доме! Отрубил голову моего гостя и замотал ее моей простыней! Ты считаешь это нормальным?!

— Я накажу его, — кивает японка. — Мой человек виновен, что поспешил. Это не обсуждается, согласна.

Похоже, инициативу у цесаревича забрали. Ну а он что? Хмурится, глаза горят злобно. Поглядывает на куль. Главное, чтобы голову не забрали — она еще пригодится.

— Это решать мне, кто его будет наказывать, — рычит Владимир и испытующе смотрит на японку.

— Безусловно, — склоняет она голову. Сейчас, видимо, такой момент — надо подлизать, чтоб совсем не обиделся.

Теперь Вовка на меня зырит. Прячу куль за спину. Не отдам! Моё!

— Я убил неудавшегося детоубийцу, — всё же фыркаю. — А вы меня собрались за это наказывать? Не ахти прецендент.

Грозный взгляд Аяно говорит: «Молчи дурак!», но мне плевать. Это ее могут звания лишить, темляк отобрать, а на меня у них ничего нет. Попробуют взять под стражу — себе дороже выйдет.

Да и я не наглею, просто объясняю факты. Конфликт не эскалирую. Готов даже принять решение цесаревича. Если оно будет не слишком муторным, без геморроя. Чисто почесать ЧСВ Вовки, чтоб отстал.

— Мне все интересно, Артем, — по имени вдруг обращается наследник. — За кого ты воюешь? Кому служишь?

— За своих близких, — пожимаю плечами. — Ну им же и служу.

— А императору? — супится Вовка.

«Пошел на…», — не задумываясь чуть не брякаю. Аяно предостерегающе шевелит губами. Вздыхаю.

— Ну и ему, если он людей защищает.

Цесаревич как лимонного сока хлебнул.

— Аяно, надеюсь на суровое наказание, — бросает он и машет рукой командирам Мечей. Раздаются окрики команд, и «зорь» выпускают из кольца. Владимир больше ни на кого не обращает внимания. Плюнув на всех, уходит в дом. Наверное, нежиться со служанками в джакузи. Та куколка, что передо мной попкой трясла, как раз в руках держала корзину с мыльными принадлежностями.

Коммандос бежит к нам.

— Думал, всё, — выдыхает Кот. — Сейчас завалят.

— Нашел, кого бояться — фыркаю.