Слезы?

Девон замер и, чуть отстранившись, пристально посмотрел на Кэтлин. Оба тяжело дышали, в глазах ее стояли слезы. Она ошеломленно потрогала пальцами губы, как будто они были обожжены, и Девон мысленно выбранил себя за то, что поторопился и далеко зашел. Ему стоило огромного труда отпустить ее и отстраниться, чтобы между ними появилось хоть какое-то расстояние.

– Кэтлин, мне не следовало…

Больше он ничего сказать не успел – она бросилась вон из комнаты."

"На следующее утро Девон в семейном экипаже поехал встречать Уэстона на вокзал. Торговый городок Олтон разделяла пополам главная длинная улица с процветающими магазинами, фешенебельными особняками и фабриками – текстильной и бумажной.

Все портила ужасающая вонь, которая давала о себе знать задолго до того, как в поле зрения появлялись фабрики. Укрываясь от пронизывающего ноябрьского ветра, лакей жался поближе к зданиям, но Девон не мог стоять на месте, поэтому расхаживал взад-вперед по платформе, засунув руки в карманы черного шерстяного пальто. Завтра ему предстояло вернуться в Лондон, и сама мысль о безмолвном доме, забитом мебелью, но при этом пустом, вызывала у него отвращение, но он должен держаться подальше от Гэмпшира, от Кэтлин, иначе не сможет сдержаться и соблазнит ее задолго до того, как она будет к этому готова. Он затеял длительную игру, и не стоит об этом забыть. Черт бы побрал ее траур!

Платформа понемногу начала заполняться: одни держали в руках билеты, другие ждали прибывающих пассажиров, – и ему пришлось остановиться. Вскоре разговоры и смех потонули в грохоте приближающегося локомотива: железное чудовище с лязгом, шипением и пыхтением подъезжало к вокзалу.

Когда поезд с металлическим скрежетом остановился, носильщики бросились за сундуками и чемоданами, потоки прибывающих пассажиров, сталкиваясь, превратились в бурлящую толпу. Люди устремлялись во всех направлениях, уезжающие поспешили занять свои места, и потоки людей, налетая друг на друга, роняя и поспешно подбирая вещи, теряли и искали кого-то, выкрикивали имена. Девон протиснулся сквозь скопление тел, высматривая брата, не увидел и оглянулся на лакея, подумав, что ему повезло больше. Тот и правда махал руками, что-то кричал, но голос его тонул во всеобщем гвалте.

Девон пробрался обратно к лакею и увидел, что он разговаривает с каким-то незнакомцем в мешковатой одежде, хорошего качества, но не подходящей по фигуре: так мог бы одеваться клерк или торговец. Незнакомец был молод, худощав, с густыми темными волосами, которые давно нуждались в стрижке, и поразительно походил на Уэстона времен учебы в Оксфорде, особенно своей манерой улыбаться так, словно вспомнил вдруг какую-то ему одному известную шутку.