Она подошла ближе, и когда он крепко взял ее за руку, по телу прошла дрожь. К ней не прикасался ни один мужчина три месяца, с тех самых пор как умер Тео. Присутствовавший на похоронах лорд Бервик неловко попытался ее обнять, но она вместо этого протянула ему руку в перчатке и прошептала: «Я не могу».

Лорд Бервик понимающе кивнул. Хоть он и был добрым, нежность проявлял редко. То же самое относилось и к леди Бервик, великодушной, но очень сдержанной. И своих дочерей, и Кэтлин она тоже старалась научить сдержанности, считая это важным: «Управляйте своими эмоциями, иначе они будут управлять вами»."

"Ледяные струи воды являли собой такой резкий контраст с теплом руки Девона, что она поежилась.

– Чтобы я смог вас поднять, постарайтесь нащупать левой ногой стремя. Только не пытайтесь перекинуть ногу через коня: просто садитесь боком, как если бы на нем было женское седло.

– То есть мне надо подпрыгнуть?

– Да, было бы очень кстати.

Кэтлин собралась с силами и подпрыгнула так высоко, как только смогла. Девон подхватил ее и с поразительной легкостью поднял. Ей даже не пришлось искать ногой стремя, она просто аккуратно приземлилась в седло, ахнула, стараясь не потерять равновесие, но Девон выпрямился и крепко обхватил ее левой рукой.

– Все, я вас держу, устраивайтесь.

Она напряглась, чувствуя, как сокращаются его мускулы, а горячее дыхание согревает ей ухо.

– Вот так ходить с гостинцами к больным соседям. Они-то сидят сейчас дома в тепле и сухости, а вы мокнете под дождем, – проговорил Девон наставительно.

Кэтлин все еще пыталась унять дрожь, которая сотрясала ее тело, но все же сумела выдавить:

– Почему вы за мной приехали?

– Леди Хелен волновалась. – Убедившись, что она сидит надежно, Девон левой рукой стянул с нее шляпку с вуалью и бросил на землю. Кэтлин не успела отреагировать, как он пояснил: – Извините, но эта краска пахнет как пол в таверне в Ист-Энде. А теперь перекиньте ногу на другую сторону седла.

– Не могу, юбка мешает.

Конь нетерпеливо переступил с ноги на ногу, и, пытаясь найти точку опоры на гладком седле, Кэтлин случайно ухватилась за бедро Девона, твердое, как камень, и, ахнув, отдернула руку. Сердце пустилось вскачь, грудь сдавило, воздуха не хватало.

Девон временно переложил поводья в левую руку, снял шляпу, нахлобучил ее на голову Кэтлин, а потом потянул за смятые и перекрученные слои ее многочисленных юбок, пока она не смогла разогнуть колено так, чтобы можно было перекинуть ногу через холку коня. В детстве ей доводилось сидеть верхом вместе с одной из сестер Бервик, когда они ездили на прогулку на пони, но это не шло ни в какое сравнение с тем, что она чувствовала сейчас, когда прямо за ее спиной сидит крепко сложенный мужчина, а его ноги обхватывают с боков ее ноги.