Дымка затуманила мое зрение, и я сжал руки в кулаки, проталкиваясь сквозь толпу.

Он покойник. Я раздавлю каждую косточку в теле этого ублюдка и…

Дилан ударила его кулаком в челюсть за две секунды до того, как я подошел к ней.

Этот урод отшатнулся, а после сбежал, как маленькая девчонка.

Вот дерьмо.

– Ты только что испортила мой большой романтический жест.

Ее глаза расширились от шока, когда она увидела меня.

– Что ты здесь делаешь?

По крайней мере, я подумал, что именно это она и спросила. Из-за громкой музыки ее трудно было расслышать.

– Я идиот.

Не лучшая вступительная фраза, но, черт возьми, это чистая правда.

Ее хорошенькое личико сморщилось, и она показала на свое ухо.

– Что?

Очевидно, она тоже меня не слышала.

Сократив расстояние между нами, я положил ее руку себе на грудь, прямо над органом, который принадлежит только ей.

Затем я повторил слова, которые сказал ей в тот день в подсобке, продолжив на том месте, где остановился:

– Марианская впадина не настолько глубокая, как мои чувства к тебе.

И, если понадобится, я с радостью истеку кровью, лишь бы доказать ей это."

"Дилан указала на свое ухо свободной рукой, показывая, что все еще не слышит меня.

О, черт.

Я знаю способ общения получше.

Обхватив ее лицо руками, я прижался своими губами к ее.

Глава сорок седьмая

Дилан

Джейс целовал меня так, словно я была кислородом, необходимым ему для выживания. Посреди рок-концерта. Прямо под проливным дождем.

Я хотела ущипнуть себя, чтобы убедиться – все это происходит в реальности, ведь именно так выглядели мои самые заветные мечты.

У меня кружилась голова, а сердце колотилось как сумасшедшее, пока Джейс дразнил меня легким заигрыванием языка, уговаривая присоединиться к его игре.

В тот момент, когда я это сделала, все, что было между нами, оборвалось, и поцелуй стал отчаянным и всепоглощающим. Его пальцы впились в мои бедра, и он издал грубый стон, который заставил меня пульсировать от желания.

Я не хотела, чтобы это заканчивалось.

Но, к сожалению, этот волшебный момент был сладостно-горьким, и он будет дорогого стоить. Поскольку я знала, что в ту секунду, когда Джейс отстранится, его поглотит чувство вины, и он посмотрит на меня, как на ошибку. Снова.

Я не хотела этого для него… или для себя.

Он не может находиться так близко ко мне, это разрывает его на части, а я слишком сильно люблю его, чтобы позволить ему продолжать причинять себе боль.

Я слишком люблю себя, чтобы продолжать кататься на его карусели.

Это вредит нам обоим.

Прижав руку к его груди, я оттолкнула его.

Я готова сделать все на свете для Джейса Ковингтона. Даже отказаться от собственного счастья, чтобы избавить его от горя и вины.

– Я так не могу.

Он выглядел таким растерянным, что это пронзило мое сердце насквозь.