– Точка, – Джошуа встал. – Принести кофе?

Потом он понял, что зря утратил бдительность в последние несколько минут, когда спокойная зелень в сотне-другой миров сменилась кратерами, похожими на огромные отпечатки ног. Джошуа не имел права расслабляться, несмотря на усиливавшееся давление в черепе. Нужно было поднять тревогу. Остановить «Марка Твена».

Задолго до того, как корабль свалился в Дыру.

Глава 45"

"Джошуа начал падать. Он поднялся в воздух, оторвавшись от пола. Рубка осталась прежней – дверь, большие окна, стены, – но блестящие приборные панели выключались одна за другой. В иллюминаторы он видел корпус корабля, поврежденную оболочку: клочья серебристой ткани срывались с похожего на скелет каркаса.

И больше ничего – только солнце, ослепительно-яркое на черном фоне. Солнце висело там же, где и всегда, но остальной мир куда-то подевался, будто синее небо и зеленая земля были просто декорациями, которые содрали, обнажив темноту за сценой. Солнце медленно клонилось вправо. Видимо, гондола вращалась.

Лобсанг молчал – передвижной модуль неподвижно стоял в рубке, но, видимо, не функционировал. Кошка парила в воздухе, перебирая лапами, с выражением явного страха на синтетической мордочке. Кто-то положил руку на плечо Джошуа. Салли висела над полом, и ее растрепанные волосы плавали вокруг головы, как у космонавта в невесомости.

Палуба трещала. Джошуа показалось, что он слышит шипение уходящего воздуха. Голова не работала. Грудь болела, когда он пытался вздохнуть.

Потом притяжение вернулось, и появилось синее небо.

Они разом грохнулись на пол, который оказался стеной. По палубе прокатился чайник с водой, испугав Шими, которая вскочила на ноги и удрала. Вокруг, внизу и вверху, слышалась какофония различных приборов, которые навеки прощались сами с собой.

Джошуа сказал:

– Мы, кажется, нашли всем джокерам джокер.

И тут в животе у него все скрутилось, и Джошуа вырвало. Он выпрямился, весьма смущенный.

– Меня раньше никогда не тошнило после перехода!

– Сомневаюсь, что это был переход, – Салли тоже терла живот. – Мы оказались в невесомости. А потом сила тяжести вернулась. Мы как будто провалились…

– Да уж. И нам ведь не померещилось?

– Не думаю, – ответила Салли. – Мы нашли дыру. Дыру в Долгой Земле.

Гондола медленно выпрямилась, но свет на палубе погас – светило только солнце. Джошуа слышал шум металлических предметов, которые постепенно переставали вращаться. Это тревожило.

Лобсанг внезапно ожил – лицо и голова, – но тело оставалось неподвижным.

– Chak pa!

Салли взглянула на Джошуа.

– Что он сказал?

– Наверное, выругался по-тибетски. Или по-клингонски.

Голос Лобсанга зазвучал необычайно бодро.

– Стыд и срам! Что ж, ошибаться – это весьма по-человечески.