– Я почему-то ожидала, что он добавит: «Приятного вечера», но, наверное, я требую слишком многого. Как ты думаешь, это правда?

Джошуа пожал плечами.

– Наверное, Лобсанг действительно много чего узнал от троллей. Притом очень быстро.

– И теперь поглощает их кошмары. Значит, у нас свободный вечер. Как насчет того, чтобы спуститься и сходить в бар?

– Куда?..

После долгой череды бесплатных стаканчиков «на посошок» Джошуа пришлось отнести Салли на корабль. Он осторожно уложил женщину на кровать в каюте. Во сне Салли казалась моложе. Джошуа ощутил непонятное желание оберегать ее и порадовался, что она спит и ничего не замечает.

Лобсанга нигде не было, голос молчал.

А тролли, как оказалось, ушли сами. Джошуа подумал: они видели кнопку лифта. Тролль думает. Тролль нажимает кнопку. До свиданья, тролль. Лобсанг хотел извлечь максимум из контакта с ними. Но, очевидно, тролли уже извлекли максимум из контакта с ним.

Джошуа в одиночестве устроился на кушетке на наблюдательном пункте, глядя на звезды.

На рассвете, пока пассажиры спали, корабль стал медленно подниматься, набирая высоту. Он взмыл над самыми высокими деревьями и перешел, с легким хлопком растворившись в пустоте.

Глава 40

Утром Лобсанг вернулся. Джошуа почувствовал его – почувствовал, что корабль вновь обрел целеустремленность, еще до того, как в наблюдательный пункт вошел передвижной модуль, как раз когда Джошуа пил утренний кофе. Салли, видимо, еще спала.

Они неспешно переходили, и внизу катились миры. Как всегда, в основном деревья и вода, тишина и монотонность. Джошуа был рад освободиться от труднообъяснимой странности Мягкой Посадки, но, как только «Марк Твен» вновь направился на запад, нарастающее давление в голове вернулось. Он тщетно пытался не обращать на него внимания.

Они сидели молча. Никто не заговаривал об ушедших троллях, о времени, которое Лобсанг провел вне сети. Джошуа тщетно гадал, в каком тот настроении, и задумался, не одиноко ли Лобсангу без троллей. Или он разочарован, что они решили уйти? Или раздосадован, поскольку эксперимент остался незавершенным? Джошуа беспокоился: Лобсанг как будто становился менее предсказуемым, менее стабильным. Наверное, его захлестнули новые впечатления.

Примерно через час Лобсанг вдруг спросил:

– Ты думаешь о будущем, Джошуа? Я имею в виду о далеком будущем?

– Нет. Зато ты, наверное, думаешь.

– Рассеивание человечества по Долгой Земле, несомненно, вызовет не только политические проблемы. Я могу себе представить время, когда люди так рассредоточатся по множественным мирам, что человеческая гегемония начнет претерпевать серьезные генетические изменения.