— Все, рассказанное вами, конечно, прекрасно, но только меня никаким кортексифаном не кололи. Ни до попадания сюда, ни после. Только вчера пару раз попали дротиком со снотворным, но это не в счет.

Капитан Толкунова скептически хмыкнула.

— Мы сейчас с тобой находимся в измененной реальности. Именно поэтому тебе семнадцать лет, здесь вечное лето, и на тебя западает каждая встреченная девушка.

«Это было обидно, но лучше промолчать. Страшную месть прибережем на потом».

— В измененной реальности существуют и взаимодействуют не реальные люди, а их физические проекции, полностью настоящие, но созданные искусственно, — сообщила Виола. — Так что версия, что вы на самом деле находитесь под землей под воздействием неопознанной химии была, в принципе, верной. Твое первоначальное тело — тридцать лет, близорукость, переломы ног и астма — находится на базе «Лето» глубоко под землей. А теперешний ты — это твое идеальное представление о себе самом, созданное в момент переноса. Понял?

Я почему-то не сообразил ответить, только молча рассматривал идеального себя. Виола тем временем продолжила."

"Конечно, не обошлось без побочных эффектов. Эксперименты по изменению реальности шли беспрерывно, и уже через два года девчонки-якоря первого поколения начали сдавать. Росла апатия к происходящему, порог эмоционального отклика неуклонно повышался, полным ходом шло «профессиональное выгорание», а периодические чистки памяти приводили к тому, что якоря стали полностью непригодны к выполнению своей «программной» функции.

— Тогда их убили? Запаянные гробы, плачущие гренадеры, под барабанный бой… — предположили я.

Оказалось, нет. Просто перевели в разряд «вспомогательных генераторов», обеспечивающих целостность созданной реальности, но неспособных более ее изменять. В рамках спецлагеря — причислили к пионерской массовке, физически же — отправили в репозиторий. Из нынешнего поколения якорей ближе всех к этому пределу подошла, конечно, Лена.

«Вот оно и прояснилось. Алиса, Лена, Славя, Мику. И я. Нет, ребята, как хотите, а Ленку я вам не отдам».

У ключей, кстати, тоже проблем хватало. Неудачные попытки стабилизации якорей и гармоничного изменения реальности вели к ураганному расстройству нервной системы, психическим разладам, неврозам и галлюцинациям. Заканчивалось все, как правило, безрезультатно, ни один ключ не выдержал пребывания в лагере дольше двух недель, хотя летальных случаев все же старались не допускать. Радостные новости, что и говорить.

— Так это что же — качественной идеальной реальности до сих пор так и не построили? — подивился я.

В по-настоящему значимых масштабах, как выяснилось, не построили.