Старина Фрейд бы мной гордился.

Есть одно «но» — у меня очень плохо идут управляемые сны. То есть все начинает разваливаться именно когда я понимаю, что происходящее — сон, и пытаюсь его направить в необходимое мне русло. Ведь жить во сне интересно! Делай что хочешь, веди себя как хочешь, а в последний момент успевай проснуться — худо ли? Вот так у меня никогда не получалось, сон в этом случае мгновенно распадался, и я, как пробка из бутылки, вылетал из него куда-то ввысь. В общем, не мое это — контролируемые сны. Надо учиться ими овладевать. Учиться, учиться и еще раз учиться, как завещал известно кто по другому, правда, поводу.

Итак, первое — примем пока за данность, что это сон. Второе — лучше пока не пытаться им управлять во избежание преждевременного прекращения эксперимента. Третье, плавно вытекающее из второго — вместо этого неплохо бы осмотреться вокруг и по возможности попробовать получить удовольствие от происходящего. Поскольку вокруг не видно беспорядочной стрельбы, взрывов, а по пустой дороге не прут ни с того, ни с сего стройными рядами киборги и зомби, сон, получается, сюжетный. Люблю такое. Надо по нему побродить. Без попыток контроля, просто — оглядеться.

Автобус, кстати, был абсолютно пустым, не помню, я говорил уже или нет. Водителя тоже на месте не оказалось. Что в реальной жизни меня бы, мягко говоря, наверняка напрягло. Пустая дорога, хотя и сельская, и посреди нее такой же пустой автобус. Но это сон — тут можно.

Есть, правда, еще пара вариантов — я просто сошел с ума или умер. Но мы пока не будем их, варианты эти, рассматривать.

Топаю по ступенькам, спускаюсь на грешную землю. Вокруг красота, птички поют, солнышко светит, где-то вдали речка блестит ласково — да, именно такого мне и хотелось вчера. Да и всегда, в общем, хотелось.

Куда я, кстати, приехал-то?

Да черт его знает — забор все закрывает. Невысокий забор, зато длинный, в обе стороны расходится минимум метров на двести. И отчего-то мне кажется, что сделан он не для красоты, а больше чтобы те, кто за этим забором живут, не разбежались. Это из-за острых шипов, которыми верх забора унизан, такое впечатление складывается."

"А прямо напротив автобуса, из которого я выполз, ворота. А на воротах написано что-то, название этого учреждения, по всей видимости. Название едва видно, краска вся осыпалась: «…ов…» И еще какая-то птица нарисована, растопырила крылья, вроде как пикирует. Филин, наверное. А может, сова. Точно сова, и лагерь этот, наверное, так и называется. Странноватое название для лагеря, конечно.