С другой стороны, сквозь разделяющие здания лагеря и пляж деревья очень уж зазывно блестела река. Купаться хотелось просто до безумия, а переодеться можно и в кустах, под деревом. Так и решил.

Я уже почти успел раздеться, когда откуда-то сверху послышался шорох. Шорох повторился, к нему добавилось хихиканье. Я замер в очень неудобной позе. На голову свалился кусочек коры и посыпалась какая-то труха. Я поглядел наверх. С дерева на меня уставилась веснушчатая девчонка лет тринадцати в красной майке.

Немая сцена продолжалась секунд пять.

— Ты больной что ли? — поинтересовалась девчонка.

— Откуда такая информация? — удивился я, стратежно прикрываясь не до конца еще снятой футболкой."

"— Ну, голым по кустам лазишь — наверное, больной, — решила девчушка. — У меня бабушка, когда кто-то отказывался выпить, говорила: «То ты або хворый, або падлюка». Вот и ты, видать, тоже хворый.

— Во-первых, я не голый, — рассудительно указал я. — А во вторых, ты тоже вон в кустах сидишь. Ты что — тоже больная, получается?

— Не получается, — отказалась внезапная собеседница. — Я не в кустах, а на дереве. Веду наблюдение.

«Вы страдаете вуайеризмом? Нет, доктор, я им наслаждаюсь!»

— За пляжем, — развеяла не до конца сформировавшуюся мысль девчушка и ловко съехала вниз по стволу. — Меня Ульянка зовут, а тебя Саша, я знаю.

— Это еще откуда? — похоже, моя персона привлекает много ненужного внимания. Или нужного, я пока не решил.

— Алиска сказала, мы с ней вместе живем, — сообщила Ульянка, разглядывая полные заноз ладони.

Алиса рассказывает про меня своей соседке по комнате. Даже не знаю, приятного тут больше или странного. Наверное, все же приятного.

— И что там на пляже происходит-то? — соскочил я со скользкой темы.

— А ничего, скукотища, — поморщилась Ульянка. — Славя купается, за малышней следит, она же помощница вожатой…

— Славя — это кто?

— Ну, высокая такая дылда, с длинными косами, — охотно пояснила вредная девчонка. Похоже, особой любви к Славе она не питала.

Стоп, а не та ли это приятная девушка, которая встретила меня у ворот утром? Кажется, уже столько времени прошло, а на самом деле часов шесть всего. В любом случае, нужно подойти и поздороваться. Искупаться вместе, что ли. Словом, завязать общение.

— Ладно, я пошла, — махнула мне рукой Ульяна, показала на прощанье язык и испарилась в кустах.

Я закончил разоблачение, оставшись в одних боксерках, которые вполне сойдут и за плавки. Старую свою одежду и обувь сложил временно на землю, на нее положил форму, а на форму — сложенную простыню и наволочку. Полежат часик, ничего с ними не сделается. И пошел к воде.

Солнце слепило, отражаясь от реки, поэтому приходилось щуриться и идти практически на ощупь.