— Они вместе выехали из Москвы, — рассказывал он, — очевидно, они были хорошо знакомы и он ей доверял. Кроме них, в поезде было еще несколько их телохранителей, один из которых, по имени Костя, сошел в Бресте, забрав оружие остальных телохранителей. Но один пистолет Захар принес своему боссу. Я слышал, как тот просил принести ему оружие, и телохранитель выполнил это распоряжение.

— Оружия в купе не было, — напомнил комиссар.

— Очевидно, его использовали для убийства Цверавы, — предположил Дронго. — Теперь можно попытаться воссоздать схему убийства криминального авторитета. Главное действующее лицо этого преступления — конечно, женщина, которая была рядом с ним. Нужно послать срочный запрос на Альбину Брустину; копия ее паспорта может быть в немецком посольстве, где они получали визы, и у польских пограничников, проставивших ей отметку о пересечении границы Шенгенской зоны.

— Боюсь, что запросов будет слишком много, — пробормотал Виммер, — придется даже посылать кого-то в срочную командировку в Москву.

— Я попытаюсь узнать и по своим каналам, — кивнул Дронго. — Итак, Брустина имела сообщника или сообщников в поезде. Они сели в поезд, очевидно, вдвоем: мужчина и молодая женщина, похожая на Брустину, которую заманили сюда либо обманом, либо подкупом. Но самое главное, что у нее должен был быть заграничный паспорт с действующей шенгенской визой. Итак, ночью Брустина достает пистолет и, дождавшись, когда просыпается Жора, дважды стреляет в него. Если удастся допросить неудачно выпрыгнувшего с поезда Руслана, то мы точно узнаем, был ли глушитель на оружии, которое Захар принес для своего босса. Я полагаю, что был. Она убивает Жору Бакинского и только затем впускает в купе мужчину и женщину. Возможно, женщину накачали наркотиками или обманули, пообещав, что она должна будет помочь в этом убийстве. Женщина спокойно, без видимых признаков борьбы, переодевается в ночную рубашку Брустиной и ложится на кровать. Здесь либо сама Брустина, либо пришедший в купе другой мужчина дважды стреляет через подушку, которой накрыли лицо несчастной женщины. Все делается с таким расчетом, чтобы проводники и пассажиры не узнали бы в убитой подругу криминального авторитета. Ну кто будет пытаться разглядеть ее черты в таком обезображенном двумя выстрелами лице? Интересно, что все рассчитано до мелочей. Убитого Цвераву переносят в туалет, а Брустина и сопровождающий ее мужчина возвращаются в другой вагон, где находится их купе. При этом Брустина оставляет свой паспорт в купе убитых, а сама присваивает себе паспорт убитой. Я убежден, что когда поезд прибыл в Берлин, она сошла на вокзале со своим сообщником. Вот вам и весь механизм этого загадочного преступления.