Когда со всеми условностями было покончено, Авина помогла мне подготовиться к началу нового, такого важного дня для моей собранной из осколков личности.

— Доброе утро, — встретил меня эрлорд в гостиной.

— Доброе утро.

— Возможно, я вчера был несколько груб, — заметил он. — Но я не привык увиливать и говорить полуправду. Мне претит любого рода ложь, пусть даже порой она направлена на смягчение некоторых обстоятельств."

"— Вы правы, — ответила я. — Вы во всем правы. Вы как-то упоминали, что этот ребенок появился против вашей воли, если можно так сказать. Я не знаю, какие отношения вас связывали… — я осеклась, не договорив.

 — В общем, я уважаю ваше стремление защищать навязанного дитя. Ведь он жив до сих пор благодаря вам, насколько я понимаю. А единственное, что сделала для него я, — это оказалась нейтральной. Независящее от меня обстоятельство. Долгое время я думала, что имею право претендовать на того, к кому на самом деле имею опосредственное отношение.

— Однако, возможно, ты единственная, кому этот ребенок был дорогим изначально, без долга чести, как в моем случае, — не стал скрывать своих мотивов эрлорд.

 — Одно это вызывает мои искренние восхищение и уважение.

Я не ответила. Прошлась вдоль комнаты к окнам, выходящим в сад. Солнце близилось к полудню, но еще недостаточно пекло, чтобы щуриться. Его светлость молчал.

— И что же — даже не будете пытать меня вопросами? — спросила я, слегка обернувшись к нему.

— Бесполезно, — хмыкнул он. — Захочешь — сама расскажешь. А не захочешь… значит, я заслужил этого. Я ведь долгое время переносил на тебя свою злость на Аламинту, а ты даже не она.

Я неожиданно улыбнулась. Сама не знаю отчего, но оказывается так приятно быть самой собой.

Разговаривать с ним от собственного имени… или почти собственного.

— Света, — выдохнула я, и эрлорд приподнял непонимающе брови. — В моем мире меня звали Светой. Полное имя — Светлана.

— Света? — удивился эрлорд и тоже улыбнулся. Эта улыбка топила иней, который, казалось бы, покрывал его лицо. — Какое символичное имя для нашего мира. Может быть, это судьба?

— А вы верите в судьбу? — удивилась я, и эрлорд усмехнулся.

— Вообще-то нет. Я считаю, что каждый сам творец своего счастья. От того не верю и в пророчества.

— Расскажете? — затаив дыхание, произнесла я. — Откровенность за откровенность.

Глава 13.3

Эрлорд несколько секунд смотрел на меня, а затем медленно кивнул.

— Пожалуй, тебе можно доверять. Разговор предстоит нелегким. Предлагаю провести сегодняшний ужин вместе, а затем обстоятельно поговорить обо всем за бокалом… сока, — вовремя исправился эрлорд, взглянув на мой живот.

Причем он едва сдерживал улыбку. Выглядело это настолько комично, что я рассмеялась, обхватив руками живот.