Я жив! Мать вашу! Жив!

И снова одержимо покрываю поцелуями ее дрожащее в моих руках такое нежное тело…

* * *23 Глава 23

Мари.

Резко дергаюсь. Распахивая глаза так, что они болят.

Боже. Боже, Боже. Боже!

Я сама себе не верю!

Ночью, в темноте…

Когда крепкие руки прижали меня к напряженной груди, а из темноты полыхнули черным взглядом те самые глаза…

Я сошла с ума!

Изчезло все! Все растворилось!

Это был он!

Только одни глаза способны так смотреть! Прожигать самую душу! Заставлять задыхаться, а сердце рваться из груди! Рваться… К нему… К нему навстречу! Чтобы соединиться с его сердцем, которое так жадно, так мощно забилось у меня прямо под кожей!!!

Он!

Об этом трепетала каждая клеточка моего тела, особенно когда его губы накрыли мои…

И мир взорвался! Перевернулся перед глазами!

ОН! Мой Бадрид! Мой единственный любимый!

Я знала! Я знала, что ты жив!

Неужели ты спрятался здесь? В каких-то руинах на краю мира! Ради того, чтобы все же встретится со мной!

Конечно.

У него множество врагов! Кто-то же организовал этот взрыв!

Даже не удивлюсь, если к этому приложили руку его братья! Почему нет? Они вполне могли захотеть отобрать себе всю власть!

Бадрид мог затаиться. Чтобы правда вышла наружу. Мог ради этого скрываться. И наблюдать…

А мог…

Я задыхаюсь.

Он ведь мог за мной следить! Наблюдать со стороны и следовать за всеми нашими перемещениями с Динаром!

Внутри множество слов. Миллионы вопросов.

Но…"

"Его губы сминают мои. Руки жадно, требовательно, так нежно и так одновременно голодно скользят по моему телу, что все слова становятся неважны.

Для того, чтобы выразить главное, есть совсем другой язык.

И сейчас он говорит.

Кричит.

Изливает все.

В каждом касании. В каждом жадном поцелуе, который становится глотком воздуха.

В том, как распахиваются пронзая меня в самое сердце его глаза. Как лихорадочно я ласкаю каждую клеточку его тела.

Как мы сливаемся в одно, сплетаясь в крике.

Слов нет. Слов слишком мало!

Есть только дикая жажда. Безумная ненасытность!

И я проваливаюсь в пропасть и возношусь на небеса, когда он вонзается в меня сливаясь всем естеством!

Вздрагиваю, просыпаясь. Приходя в себя.

Он сгреб меня в охапку. Оплел своими огромными руками так, что не оторвать.

И ледяная дрожь пронзает все тело.

Это не Бадрид.

Боже! Что я натворила?

Это же Демон. Боец из того самого клуба! Что так жадно пронзал меня глазами…

Глазами, слишком похожими на ЕГО…

Боже!

Сжимаюсь в комок и выскользаю из крепкого, пышущего огнем и отдающегося безумной дрожью в теле, захвата.

Трясусь вся. Подбирая разбросанную одежду.

Еле попадаю дрожащими руками в пуговицы.

Бадрид когда-то говорил.