Правда, обстоятельства были иные: неподалёку дремала стая гремлинов, и если бы я тогда заорал от боли, проснувшиеся твари растерзали бы всю группу охотников. А без них погибло бы и всё наше поселение.

К нам с Катей подходит элегантный мужчина в костюме с фиолетовым галстуком и фиолетовым же платком в нагрудном кармане. Катя представляет его с лёгким кивком:

— Господин Варенников, позвольте представить моего брата, графа Вещего-Филинова.

Канал мыслеречи у нас теперь общий на троих.

— Рад личной встрече, граф Данила Степанович, — Варенников склоняет голову с вежливой улыбкой, от которой веет лёгкой насмешкой.— Не желаете присоединиться к нашей маленькой забаве? Я устроил конкурс.

Катя тут же хмурится, её взгляд становится более настороженным.

— Благодарю, но, пожалуй, воздержусь, — сдержанно отвечает она, но я уже уловил запах обещания веселья и не могу удержаться.

— Почему бы и не попробовать, Кать? — вмешиваюсь я, игриво взглянув на сестру. — Может быть, это окажется интересным.

Сестра вздыхает, но не может устоять перед моим заразительным энтузиазмом.

— Ладно, но только потому, что ты, брат, сегодня здесь впервые, а господин Варенников — неотъемлемая часть местного колорита, — улыбается она. — Тебе ведь нужно полностью погрузиться в местную атмосферу.

— Благодарю вас за неожиданный комплимент, Екатерина Игоревна, — Варенников отвечает с лёгким поклоном, явно захваленный.

Мы вместе с Варенниковым подходим к столу, где в ряд выстроены яркие коробочки — красная, синяя, зелёная и розовая, каждая украшена ленточками.

— Правила просты, граф— поясняет Варенников, его глаза блестят от предвкушения. — Выберите любую коробку, достаньте то, что внутри, и крепко сожмите в руке.

Мой взгляд останавливается на синей коробочке. Люблю синий, это цвет псионики. Открываю крышку. Внутри нахожу что-то круглое и прохладное на ощупь — гладкий камушек, скрывающий в себе неизвестную магическую шутку. Сжимаю его в руке и извлекаю наружу.

Едва мои пальцы обхватывают камень крепче, как внезапно меня захлёстывает волна жара. Тело словно охватывает пламя, разливающееся изнутри. Жар стремительно усиливается, пробегает по всему телу, и я почти слышу, как у висков начинает нарастать пульсирующий гул. Однако быстро оцениваю ситуацию. Температура тела остаётся неизменной.

Это лишь иллюзия. Телепатическое внушение.

С лёгкостью отбрасываю это искусственное ощущение, и жар мгновенно исчезает, как будто его и не было. Дыхание остаётся ровным, а пульс — спокойным. Я возвращаюсь к нормальному состоянию, невозмутимо разглядывая камушек в руке."

"Варенников пристально изучает меня, его взгляд полон ожидания, будто он надеется увидеть хоть малейший намёк на дискомфорт.