– Тимур Русланович, – обращается ко мне Баринов, – я не могу нарушить договор. То есть вы сами вырыли себе могилу.

– Может, я уже давно в ней, – поднимаюсь и даже подаю Игнату Алексеевичу руку.

Дело осталось за малым. Почти все карты уже раскрытыми лежат на столе. Еду к Марату, глядя на часы – успеваю. Хочу скорее со всем разобраться. Может, ещё успею и к Юльке заехать. Учитывая, какое сообщение прислала Аделина, Лера домой не собирается.

Она всегда была такой: сто раз обдумает, потом только скажет. Зачем ты, Лера, всегда прятала эмоции? Не бывает идеальных людей, не бывает идеальных супругов. А она хотела быть идеальной. Только потеряла себя в последнее время за этим образом. Мы стали отдаляться, мы перестали эмоционально делиться друг с другом.

А ведь раньше было все по-другому. Но я настолько хотел добиться всего для нас и нашего будущего, что потерял эту связь.

– Заходи, Тимур, – говорит Марат, открывая мне подъезд.

Они с Ильёй Сергеевичем сидят в кухне и, просматривая бумаги, пьют, что удивительно, чай. Мне бы что покрепче, но, судя по всему, сегодня за руль в ночь.

– Тимур Русланович, – начинает начальник юридического, но я его останавливаю.

– Мы не в офисе, – говорю я. – Давай…

– Хорошо, – понимает меня Илья Сергеевич. – Я подготовил документы. Это ещё не всё, конечно. Проведём через контору в Смоленске, чтобы не найти концов, туда ты и поедешь.

– Смоленск, значит, – читая, заключаю я. – Не так и далеко. Остальное я подпишу там?

Рассказываю, что Баринов приглашал меня к себе в офис, и Марат с Ильёй переходят уже на напитки покрепче. Конечно, мне приходится рассказать и обо всем остальном. Марат даже давится солодовым, а Илья задумывается, но в итоге выносит свой вердикт:

– Мне нравится идея. Если Лазарев… Ну вся надежда на него.

– Он надёжен, – не сомневаюсь я.

– Хорошо, я тебе доверяю, а не ему, – соглашается Марат и ставит свою подпись на бумагах. – Что теперь?

– Теперь дело за Тимуром.

С собранностью и деловитостью, которая присуща только юристам, Илья Сергеевич собирает документы в папку и передаёт мне.

Смоленск, несколько дней, чтобы решить все вопросы. Хочется решить быстрее все, но очередное сообщение от Баринова выбивает меня из колеи. А сообщение с откровенной угрозой: «Смотри, чтобы жена не пострадала».

Черт возьми! Да я же русским языком сказал, что развожусь. С Лерой уже говорила Оксана – неудивительно, что жена со мной так отрешённо разговаривала.

– Слушаю, – отвечаю через гарнитуру на звонок Аделины.

– Лера сказала, что домой не приедет. У какой-то подруги останется, – говорит тетя."

"Я теряю свою жену. Жену, которую люблю. А сам в это время мчусь в Смоленск. Черт, если бы… Вот это «если бы» меняет все.