Воины юта легко могли бы догнать караван и, окружив его, заставить Стеббинса подчиниться нашим требованиям. Но Мэриен объяснила нам, что с первых дней своего поселения на территории ютов эти хитрые дипломаты расположили к себе Уа-ка-ра и его племя и вступили с ними в союз. Они всячески льстили воинственному вождю и завоевали его доверие и дружбу. Поэтому нужны были более веские причины, чем простое расположение к нам, чтобы вызвать Уа-ка-ра на враждебные действия против мормонов. Однако в таком важном предприятии нужно было использовать все возможности, и потому я уговорил Мэриен все-таки обратиться за помощью к вождю.

Она согласилась, считая, что такая попытка ничему не повредит. Если ответ будет благоприятным, то все наши трудности отпадут, а в случае отказа наше положение не станет хуже.

Оставив нас, Мэриен направилась к вождю. Мы видели, как он отошел с ней в сторону и они о чем-то оживленно заговорили. Мы с замиранием сердца наблюдали за разговором, продолжавшимся минут десять. Наконец Уа-ка-ра махнул рукой в знак окончания беседы и направился к своим воинам, а Мэриен — к нам. Пока она подходила, мы вглядывались в ее лицо, надеясь прочесть на нем желанный ответ.

Девушка шла бодро и, во всяком случае, не выглядела разочарованной. Подойдя, она передала нам слова индейца. Как она и ожидала, он не согласился открыто выступить против мормонов. Но рассказ Мэриен вызвал в нем сочувствие, и он предложил план, при помощи которого мы могли добиться нашей цели без его личного вмешательства. Состоял он в следующем. Прибывший только что всадник оказался посланцем мормонов. Не зная дороги к перевалу Кучетопо, они все еще стояли лагерем на берегу Рио-дель-Норте. Из них один только Стеббинс бывал в Солт-Лейк-Сити, но тогда он ехал через перевал Бриджер, а теперешний путь был ему незнаком. Мормонам требовался проводник, и, встретив индейца из отряда Уа-ка-ра, они направили его к вождю с просьбой дать им проводника и двух-трех хороших охотников."

"Прежде чем Мэриен кончила свой рассказ, я уже угадал, в чем заключался предложенный нам план. Мы должны были сыграть роль этих охотников и проводника, что являлось вполне осуществимым, потому что нет ничего легче, как загримироваться под американского индейца.

Цвет кожи тут не имеет значения; все равно его не видно под раскраской из охры и угля. Что же касается волос, то черный лошадиный хвост, прикрытый убором из перьев, является прекрасным париком. Индейцы не имеют обыкновения снимать головной убор в знак приветствия, и даже самый любопытный мормон не рискнет слишком близко разглядывать прическу индейского воина. Этот план было тем легче привести в исполнение, что мы приобрели еще одного ловкого и мужественного союзника.