Некоторое время из помещения неслись взаимные обвинения, в которых трудно было вычленить суть.

Что-то грохнуло и упало.

- Придурок! – заорал гнусавый, до этого сдерживающий себя, а сейчас, судя по эмоциональному накалу, чего-то испугавшийся. – Отойди от серверного шкафа! Кому говорю!

- Там гибнут люди, ловушки срабатывают. Его надо выключить!

- Он на все Асташево рабо…

Что-то скрипнуло-звякнуло. Шум драки и хрипы. А потом что-то упало. Резко замигал свет и раздалось оглушающе громкое, от которого заложило уши:

- Люди! Если вы слышите это сообщение, значит ушел очень хороший человек. В смысле ме… его уволили, подло и не выплатив моральной компенсации. Поэтому он имеет права на месть!

По мере выслушивания сообщения я поняла, что сейчас будет абзац. Мало что в нашем мире могло нанести больше вреда, чем спятивший держатель компьютерной сети. Это не просто «Умный дом», это возможная прослушка и запись, контроль всех интернет-контактов и запоминание паролей, которыми пользовались гости Асташево и многое другое.

А то, что я слышала сейчас – знаменитые «мины», которые оставляют обиженные специалисты. Драка что-то нарушила и включилась «программа мщения» с непредсказуемым результатом.

Я не хотела всю свою дальнейшую жизнь выслушивать Полунинское «Как ты могла?» или «Я же тебе говорил!», поэтому завыла, хоть это и вряд ли кто-то мог услышать за оглушающим, размеренно нудящим электронным голосом, и бросилась исправлять ситуацию, на всякий случай оставив Ципеса в тайном коридоре..

Забежав в комнату, я увидела дерущуюся в углу парочку. Вадик и неизвестный мне полный молодой человек в джинсах и клетчатой рубашке попеременно лупили друг друга. А из стоящей вдоль стены длинной стойки из железных черных полок торчали полувыпавшие блоки-кирпичи и торчали провода.

- Она! Погибшая! – заорал Вадик и тут же получил в челюсть. Но размах был на рубль, а удар на копеечку. Вялый кулачок полного проехался по подбородку, губам спонсора, нанося скорее не вред, а раздражение по коже.

Оглушающий голос в это время продолжал вещать:

- Поэтому сейчас плохо станет не только пострадавшему, а всем.

Тут я больше не раздумывала, а подбежала к стеллажу и начала рвать провода. Кирпичи не вынимались, скорее всего были прикручены. Те, что выпали, точно сбивали чем-то тяжелым.

- Нет!

Где-то грохнуло, полился, а потом затих шум воды. Все залило слепящим светом. И вдруг на окна упали железные жалюзи.

Электронный голос захрипел, крякнул и стих на полуслове, зато раздался нежный женский:

- Внимание, это учебная тревога. Просим вас пройти на выход и собраться…

На этом наступила тишина.

- Саша? Живая? – осторожно спросил Вадя, щурясь от искусственного заливающего комнату освещения.