Илона, может быть и сообразительная, а вот я – нет, довела Полунина. Я же только что прилюдно озвучила прореху в видео-контроле. Но важно было и другое, он на меня гаркнул.

Чтобы сдвинуться с мертвой точки в отношениях иногда приходится действовать импульсивно, на живую нитку.

- О, - сказала я. – О. Ты поднял на меня голос без малейшей причины на людях... Извиняйся.

Эту фразу я запомнила с мальчишника, прямо впечатала ее в свой мозг, но не думала, что она так скоро понадобится."

"В коридоре стало тихо. Все замерли, даже глазами не крутили. Соляные столбы, а не люди. Артем смотрел на меня исподлобья, изучал словно муху под лупой. Хмыкнул. И вдруг улыбнулся.

- Извини меня, родная, - сказал он. – Этого не повторится. Я планировал продолжить расследование и провести Илону в кабинет службы безопасности. Ты присоединишься?

Некоторое время я ловила ртом воздух, пребывая в шоке. Извинился, громко, перед своими приятелями. Мало того, сообщил, что делает выводы. Ущипните меня, ангелы, я сплю и не хочу просыпаться.

- Конечно. Присоединюсь. Родной.

Блин, как же я люблю этого надменного придурка. И как рада, что он все видит и делает выводы, просто не привык, как я, лезть во все сам. У него для этого есть специально обученные люди.

Пока охранник ловил сопротивляющуюся Илону за локоток, я сделала шаг назад и услышала слова Ципперсона, обращенные к Сухоревскому.

- Мне мерещится или наш бро Темыч изменил своим принципам «быть всегда правым»? Я же говорил, любовь – это болезнь, искажающая личность.

- Угу. Артем меняет приоритеты. И лечиться не хочет. Может быть он прав, Серый. Сашка-то всех зацепила. Иногда я думаю, что моя независимость - просто извращенная форма одиночества. Но! Пока я не готов меняться. Нам с тобой не к лицу болеть, - ответил тот.

Они согласно стукнулись кулаками, два подростка-переростка, свободные и бесконечно одинокие при этом. А я подняла выше подбородок.  Я – замечательный приоритет, лучший из возможных. И единственный. С другими уживаться не смогу, но, если друзья Артема постараются, не будут сильно буянить, так и быть, немного пододвинусь, не буду занимать всю его жизнь. В конце концов, у такого великолепного мужчины должен остаться хоть один недостаток – пусть это будут друзья.

- Ты слышала, я болен, - сообщил Полунин, когда мы подходили к лестнице. Он ухватил меня за талию и подтянул к себе, - медсестричка, милая, мне срочно нужен постельный режим.

Я хмыкнула и толкнула локтем, но скорее для проформы. Моя лошадь оказалась не мертвой, вон как реагирует. Глядишь, пару заездов и выиграем.

Глава 47. Как появилась Белая Дама и к чему это привело

- Когда-то, - сказал Полунин, - я понял, что вопрос безопасности очень важен. По характеру я жалостлив, меня можно поймать на слезные речи, ввести в заблуждение.