Поцелуй его стал своего рода обещанием, шагом к первозданной естественности и удовлетворению обоюдного желания.

Элизабет должна' была бы испугаться. Но нет, в течение тех нескольких минут она чувствовала себя по-настоящему живой — впервые за долгое время. Тело ее пылало и трепетало, не подчиняясь воле рассудка…

Боже мой, если он одним только поцелуем привел ее в такое возбуждение, то каким же любовником окажется в постели? Страстным, чувственным, горячим и абсолютно бесстыдным. В этом Элизабет была почему-то уверена.

О чем я думаю? — ужаснулась молодая женщина. Джанни Копполо — последний мужчина на земле, с которым стоит иметь дело.

Элизабет снова перевернулась, яростно взбила подушку и завернулась в одеяло. Но эротические фантазии преследовали ее всю ночь, и только на рассвете она забылась неглубоким сном.

3

Резкий телефонный звонок разбудил Элизабет, и она, не открывая глаз, протянула руку к трубке, одновременно роняя сам аппарат на пол.

Прекрасное начало нового дня!

Она откинулась на подушку и сонно пробормотала:

— Элизабет Спенсер.

Из трубки раздались звуки жизнерадостного женского голоса, от которого по спине Элизабет пробежали мурашки, и она мысленно выругалась. Именно этого ей и не хватало!

— Мама.

— Ты еще в постели, милая? — прощебетала Сара Спенсер и, не дождавшись ответа, бодро спросила: — Знаешь, который час?

Семь или восемь, лениво подумала Элизабет, бросая взгляд на будильник. Половина десятого! Она подавила еще одно проклятие.

— Ты одна?

— Нет, два любовника услаждали меня всю ночь и теперь вкушают рядом заслуженный отдых, — раздраженно произнесла Элизабет, закрывая глаза.

— Твоя язвительность ни к чему, — обиженно протянула Сара, и дочь ее вздохнула.

— Прости, я просто не выспалась.

— Я думаю, мы могли бы встретиться во время ланча, — сказала миссис Спенсер, называя один из лучших ресторанчиков в Сохо. — В двенадцать. — И она положила трубку, не дожидаясь возможных возражений.

Элизабет выразила свое недовольство очередным тяжелым вздохом. Конечно, можно было бы перезвонить матери и перенести встречу, но она знала наизусть все упреки, которые придется выслушать при этом.

Подняв телефон с пола, Элизабет положила трубку на рычажок и снова бессильно опустилась на постель. Ланч с матерью означал салат из свежих овощей, бокал белого вина и два стакана минеральной воды, а затем поход по модным магазинам, визит к шляпных дел мастеру, возможно, посещение парикмахерской или солярия.

Элизабет поморщилась: ей уже до смерти надоело подобное бессмысленное времяпрепровождение. Ее ждала интересная и срочная работа, и жалко было тратить часы на всякую ерунду.

Но мама есть мама.