Но когда я с ней немного свыкаюсь, когда кроме этой боли начинаю чувствовать Влада, приходит осознание, что теперь я его полностью. Принадлежу ему. Отдаюсь.

Это даёт импульс каким-то новым ощущениям. Они набухают в районе грудной клетки и стекают туда, где соединяются сейчас наши тела. К влажным поцелуям и следам на коже. К мягким толчкам и сдавленным вздохам. К пятнам на плоти от крепких пальцев и царапинам от моих ногтей.

К нашей близости. Откровенности. Обоюдному желанию.

Мне всё ещё больно, но это странное ощущение даёт невероятную свободу быть собой. Быть свободной.

Потому что с ним можно.

Глава 54.

Последние несколько движений Влада мне кажутся более быстрыми и глубокими, а потом он сдавленно выдыхает и вжимается в меня очень сильно. Крепко сжимает моё плечо и падает сверху. Я замираю, хоть дышать под его крепким телом становится затруднительно. Давление внутри ослабевает. И почти сразу Миксаев упирается ладонью в постель и приподнимается с меня, аккуратно вытаскивает член, придержав презерватив, и валится рядом.

Я сдвигаю ноги и сгибаю их в коленях, пялясь в потолок. Вот это и случилось. Я лишилась девственности. Отдалась тому, от которого хотела бежать дальше, чем видеть. Отдалась с желанием и удовольствием. Пришла сама, как он и говорил.

Дыхание рядом лежащего парня становится ровнее.

– Ты как, Принцесса?

– Нормально, – голос подводит.

– Это хорошо, – слышу в его голосе улыбку. А внутренняя неуверенность спрашивает: насмешку?

Поворачиваю голову к нему, когда Влад встаёт с кровати. Становится не по себе, когда замечаю у него чуть ниже живота пару мазков крови. И презерватив весь тоже в ней. Влад стягивает его и завязывает на узел. Теперь кровь и на его пальцах. Меня это смущает, особенно когда Миксаев растирает её между пальцами и разворачивает ладонь ко мне.

– Самое время нарисовать пентаграмму для магического обряда, – ухмыляется, а меня заливает жаром. – Кровь девственницы у нас есть.

– Вообще-то уже не девственницы.

– Думаю, ещё какое-то время она в силе.

Ему весело, а у меня так начинает пылать кожа от стыда, что хочется расплакаться. Я отбрасываю волосы с лица и собираюсь подняться, но Влад останавливает меня взглядом.

– Полежи пока, Лера. Укройся, если замёрзла.

Зачем это ещё, всё со мной нормально. Но я всё-таки откидываюсь на подушку, наблюдая, как Миксаев достает из тумбочки у кровати пачку влажных салфеток, вытаскивает одну и вытирает пальцы и живот. Достаёт ещё одну и присаживается на постель ко мне, кладёт ладонь на согнутое колено.

– Не надо, я сама, – сажусь и забираю из его рук салфетку.

Влад поджимает губы, но ничего не говорит. Встаёт и натягивает боксеры, а потом штаны и уходит на кухню.

– Душ в твоём распоряжении, – слышу оттуда его голос.