За ними, явно волнуясь, стоял Кит. А Ольга по правилам судопроизводства допрашивала через стол незнакомцев. Она спросила Найджела:

– Какого черта, что это вы делали так поздно? – Она могла бы обратиться так к несовершеннолетнему преступнику.

Миранда заметила квадратную припухлость в кармане шелковой накидки Ольги: она никогда никуда не ходила без телефона. Миранда только было собралась повернуться и сказать отцу, чтобы он не надевал сапоги, но ее остановил спектакль, разыгрываемый Ольгой.

Найджел насупился, явно недовольный вопросом, тем не менее ответил:

– Мы ехали в Глазго.

"– А где же вы были? К северу отсюда почти ничего нет.

– В большом загородном доме.

– Мы, по всей вероятности, знаем владельцев. Кто это?

– Их фамилия Робинзон.

Миранда стояла и смотрела, выжидая возможности тихонько взять телефон Ольги.

– Робинзон – это ничего мне не говорит. Почти такая же распространенная фамилия, как Смит и Браун. А по какому поводу вы туда ездили?

– На вечеринку.

Ольга приподняла темные брови.

– Вы приезжаете в Шотландию провести Рождество со старым другом, а потом отправляетесь с его дочерью на вечеринку и оставляете беднягу одного?

– Он неважно себя чувствовал.

Ольга нацелилась на Дейзи.

– Что же вы за дочь, если оставляете больного отца дома в канун Рождества?

Дейзи смотрела на нее молча, со злостью. Внезапно Миранда испугалась, поняв, что Дейзи способна на жестокость. По-видимому, та же мысль пришла и Киту, так как он сказал:

– Успокойся, Ольга.

Ольга не обратила на него внимания.

– Так что? – сказала она, обращаясь к Дейзи. – Вам нечего сказать в оправдание?

Дейзи взяла свои перчатки. Почему-то Миранде показалось это зловещим.

– Я не обязана отвечать на ваши вопросы.

– А по-моему, обязаны. – И Ольга снова переключилась на Найджела. – Вы – трое незнакомцев – сидите на кухне моего отца, набиваете себе живот его едой и рассказываете нам крайне неправдоподобные истории. Я думаю, вам надо объясниться.

Кит в волнении произнес:

– Ольга, разве это так уж необходимо? Это просто люди, застрявшие…

– Ты в этом уверен? – спросила она. И снова перевела взгляд на Найджела.

Найджел был в расслабленном состоянии, но сейчас с нескрываемым гневом заявил:

– Мне не нравится этот допрос.

– Если не нравится, можете валить отсюда, – сказала Ольга. – Но если хотите оставаться в доме моего отца, расскажите нам что-нибудь получше этой чепухи.

– Мы же не можем уйти отсюда, – возмущенно произнес Элтон. – Взгляните в окно, там черт знает какой буран.

– Пожалуйста, не произносите этого слова в нашем доме. Моя мать всегда запрещала говорить непристойности – разве что на иностранных языках, и мы придерживаемся этого правила после ее смерти.