Почему вы не на своих местах? Помнится, лер Сивил, вы еще не сдали домашнее задание?!

На лицах учеников отразилось разочарование, но травница уже по-свойски похлопала новичка по плечу, велела Листику отпустить его на занятие. Придирчиво проследила, чтобы огорченный листовик вернулся обратно на грядку. А затем жестом отправила перешептывающихся адептов в учебную комнату — как бы там ни было, но урок никто не отменял.

* * *При виде Вэйра господин Дербер нахмурился, а затем выразительным жестом указал на его лицо:

— В чем дело? Я же велел от него избавиться.

Юноша машинально провел пальцами по шраму на левой щеке.

— Ты был в лечебном крыле?

— Да, лер, — спокойно ответил Вэйр.

— Тогда почему не убрал это?

— Не хочу.

Старый вояка чуть не поперхнулся.

— Не понял… ну-ка, повтори.

— Я не хочу его убирать, лер, — твердо ответил юноша. — Есть вещи, о которых не стоит забывать, поэтому я попросил лера Лоура ничего там не трогать.

— Сними-ка рубаху, — велел учитель, заподозрив новичка во лжи, и Вэйр послушно стянул одежду. — Повернись.

Лер Дербер придирчиво осмотрел его спину, но на этот раз интуиция его обманула: кожа на спине юноши была совершенно чистой, без рубцов, шрамов и ссадин.

А значит, парень действительно побывал в лечебном крыле и умышленно оставил уродливый шрам на память о каком-то событии.

— Ладно, твое дело, — неохотно отступил учитель. — Одевайся — и в строй.

Все занятие Вэйр ловил на себе изучающие взоры. Большей частью — от одноклассниц, порой — от господина Дербера, но пару раз ему удалось перехватить крайне необычный взгляд от Грэя Асграйва, и вот именно он-то и заставил юношу насторожиться.

С одноклассниками Вэйр с самого начала старался держаться ровно.

Приятелей не завел, но и врагов, как ни странно, не нажил. Быть может, сыграло роль его признание на уроке лера Иберии. Или водяной столб произвел на одногруппников впечатление. Но факт в том, что с того дня в его сторону не было ни одного пренебрежительного или уничижительного взгляда.

Да и не позволил бы Вэйр смотреть на себя подобным образом: с детства не терпел снобов. С рапирой он, конечно, дела раньше не имел, потому что в деревне неоткуда взяться оружию аристократов. Однако с мечом, благодаря отцу, управлялся неплохо.

Ножом тоже владел на приличном уровне, а уж кулаки успел набить так, что только дурак усомнился бы в его способности дать отпор любому наглецу."

"Да и рапира-то та — тьфу. Уклонись от нее, поднырни под руку, и все — противник твой: хоть в бок его пни, хоть в колено, а хоть ножом под ребра ткни, и никуда он уже не денется. Плясать с иголочкой хорошо, лишь когда ты сражаешься с таким же танцором. Или имеешь в запасе дюжину-другую огненных колес. А против гномьего топора или мечника только настоящий мастер и выстоит.