– Всем начислили, – пожав плечами, произнес ничего не понимающий механик.

– Но не у всех при этом удержали в пользу их подчиненных.

Услышав его слова, Андрей невольно ухмыльнулся и поглубже влез под открытый капот бурового катера. Смех, а не машина для заработка. Отсек для руды небольшой, двигатели слабенькие, пригодные только для прогулки к ближайшим астероидам, в которых все ценное уже давно выковыряли. Выработка лазера мизерная. Электронная начинка – самая минимальная. Но этот видавший виды трудяга стоит как раз те самые тридцать тысяч кредитов, с которых зачастую начинают рудокопы.

А особенно неудачливые так и подолгу задерживаются.

– О чем ты, Брант? – вздернул брови Райен.

– О закрытых тобой нарядах. Ты указал в них, что Леднев трудился здесь на благо компании по моему приказу.

– Правильно. А разве не так?

– А разве ты посылал начальству запрос о выделении тебе помощника?

– Да, я их отправляю постоянно. Рук катастрофически не хватает. Далеко не всегда можно заменить человека дроидом. Среди рудокопов сегодня слишком много новичков, так что работы по горло.

– Но я направлял сюда Леднева в качестве наказания для отбытия очередного наряда на работу.

– Секунду. – Райен сверился с записями на своем персональном искине и отрицательно покачал головой. – Согласно моим отметкам он только дважды работал здесь в качестве наказания. Все остальное время – просто по твоему приказу.

– Да быть того не может. Леднев!

– Я, господин сержант!

Андрей чертиком выскочил из-под капота и вытянулся перед начальством в струнку. Грудь колесом, подбородок приподнят, взгляд пожирает воображаемую кокарду на лбу командира.

Вид молодцеватый и придурковатый, свидетельствующий о готовности мгновенно выполнить любую команду начальства.

– Что это значит?

– Прошу прощения, господин сержант, я не понимаю вопроса, – громко и четко произнес пилот.

– Отчего по прибытии к главному механику ты не докладывал ему, что отбываешь наряды на работу.

– Но вы только дважды наказывали меня, господин сержант. Во всех остальных случаях просто приказывали поступать в полное распоряжение главного механика Райена, – все так же громко, четко и вытягиваясь в струнку, доложил он.

– Ты смеешь врать мне?

– Никак нет, господин сержант. Вы можете все сами проверить. Алена, доступ сержанту Бранту к файлу «Механик».

Алена – это его персональный искин. Женский голос куда приятнее для восприятия.

Сержант какое-то время изучал записи, все больше мрачнея. Этот наглый русский в первый же день получил серьезное взыскание. Признаться, командир эскадрильи откровенно удивился подобной жесткости, но не стал отменять решение Бранта.

Андрей продолжал вести себя вызывающе.