Пусть он не настолько родовит, как мы, зато его дядя занимает высокий пост при дворе.

– Ну ничего (леди Иннию, похоже, нисколько не смущало, что говорит она сама с собой), скоро открывается сезон зимних балов. Это отличная возможность найти тебе достойного мужа.

Я устало прикрыла глаза. Сколько же информации, которую нужно осмыслить. Быстрее бы добраться туда, куда мы едем, и остаться одной. Леди Инния, видимо обидевшись на мое молчание, замолчала. Я же отвернулась к окну, и отодвинув шторку с вышитым темным вензелем, смотрела на проплывающие мимо незнакомые улицы и бульвары, двух- и трехэтажные усадьбы с садами, сейчас укрытые снежным покровом, темные парки, улицы с закрытыми уже магазинчиками и лавками, площадь с каким-то высоким монументальным строением с колоннами. Все это было чужим, незнакомым. Наконец экипаж въехал в открытые настежь кованые ворота, проехал мимо длинной аллеи с высокими деревьями, почти соприкасавшимися сверху ветвями, и остановился у парадного входа в белоснежный трехэтажный особняк, чьи окна на первом этаже были ярко освещены и бросали отсветы на лежащий под ними снег.

Лакей, вышедший нас встречать, любезно подал руку сначала леди Иннии, а потом и мне и поклонившись, открыл перед нами дверь. Поднявшись по широким ступеням и перешагнув через порог незнакомого мне дома, я почему-то со всей отчетливостью поняла, что дороги назад нет. Теперь для меня начнется совсем иная жизнь…

Глава 3

В холле особняка нас встречал дворецкий, высокий пожилой мужчина с невозмутимым лицом, на котором выделялись умные живые глаза.

– Леди Инния, Леди Эльвира, – поклонился он, – лорд Эдвард еще не вернулся. Могу ли я предложить вам чай?

– Нет, Паркерс, я устала и пойду к себе, – леди Инния, кивнув мне и дворецкому, стала подниматься по лестнице.

Я же стояла, с невольным любопытством осматриваясь вокруг. Просторный холл особняка был выдержан в бело-коричневых тонах. Мраморный пол с темными прожилками оттенял светлые стены и широкие окна, сейчас задернутые шоколадными тяжелыми портьерами. В простенках меду ними висели витражные светильники, дающие мягкий теплый свет, а потолок украшала темная кованая люстра со множеством свечей, сейчас не зажженных. Белоснежная двойная лестница, с перилами, отделанными темным деревом, уводила куда-то наверх, под ней в нише стояли несколько крупных растений в больших пузатых коричневых кадках, оживлявших лаконичный сдержанный интерьер. Все говорило о достатке и хорошем вкусе владельцев особняка.

– Леди Эльвира? – голос дворецкого вернул меня в реальность, и я поняла, что от меня все еще ждут ответа.

– Прикажите подать чай в мою комнату, Паркерс, – я постаралась, чтобы фраза прозвучала как можно непринужденнее.

– Конечно, служанка сейчас принесет.