Понял он и то, что независимо от того, успел ли дикарь доложить о проступке или просто бесследно сгинул, в племени все равно вынесут однозначное решение – девчонку убить.

– Нам пора. Давай возвращаться… Джеки. Я буду звать тебя Джеки.

Они вернулись на прежнее место, однако продолжать прерванное занятие не стали. Джим кое-как оделся, собрал оружие и сказал:

– Пойдешь со мной. В деревню тебе нельзя. Тебя там убьют, понимаешь?

Девушка ничего не ответила, но, наверное, что-то поняла. Она вернулась к кустам нектарника и подняла с земли корзиночку со сладкими бутонами. Если не считать соломенной юбочки и бус, это была ее единственная собственность.

– Да, с такими гостинцами нам все простят, – угрюмо обронил Джим и включил рацию, чтобы связаться с Тони.

– Ну, чего тебе? – не очень радостно отозвался тот.

– Мы возвращаемся вдвоем, Тони.

– Что значит «вдвоем»?

– Я и моя девушка Джеки.

– Джеки? Очень мило. Решил сдаваться?

– Решился. Ты прав, это нужно когда-то прекращать.

– Но я, вообще-то, советовал тебе другой выход…

– Да, я помню. – Джим вздохнул. – Только этот выход уже не годится. Тут кое-что произошло…"

"– Ладно, потом расскажешь. Возвращайся к южной дороге и жди меня там. Я, наверное, немного запоздаю – болота, будь они неладны. Сегодня использовал сыворотку от красной змеи…

– Поздравляю.

Все время, пока Джим и Джеки шли до начала южной дороги, девушка не проронила ни слова. На ее лице, как показалось Джиму, не отражалось никаких переживаний, хотя совсем недавно она видела, как зурабы сожрали одного из ее соплеменников. Возможно, она уже была свидетельницей подобных сцен, а может, дикари приучены прятать эмоции в себе. Об этом Симмонсу еще предстояло узнать больше.

Когда Джим и его подружка наконец пришли к южной дороге, Тони там не оказалось. Джим не стал связываться с ним по рации и решил подождать.

– Мы немного подождем, – сказал он девушке. – Ты можешь пока отдохнуть.

Она внимательно на него посмотрела, а затем сошла с тропы и села своей очаровательной попкой прямо на вьющуюся траву. Джим был в этих местах недавно, однако знал, что в такой траве водятся желтые гадюки и прочие прелести. Сначала он хотел предупредить девушку, но передумал.

«Что мы о них знаем?» – подумал Джим. Капитан Мур, конечно, был информирован лучше, но и он не смог бы объяснить, как можно сидеть голышом на обочине тропы, если ты, конечно, не испытатель противоядий.

Джим приметил еще одну деталь. Сколько бы они с Тони ни ходили по этому лесу, всегда возвращались в липком лиановом клее и с грязными потеками на руках и лицах. При этом многие лианы, мягко говоря, дурно пахли. Друзья приходили с учебных операций в таком виде, будто только что провалились в выгребную яму.